15 апреля 1942 года
Город Желтогорск, оккупированная территория России
Светлану привели к нему в кабинет через четверть часа. К тому времени ему уже принесли её сумку и затребованные им мыло и чистое полотенце. Август, понятное дело, сам в пионерлагерь не поехал – послал гонца. Что Колокольцева полностью устраивало.
Светлана Васильевна Астахова оказалась типичной казачкой. Высокая, статная, идеально сложенная, очень красивая, русоволосая (тёмно-русая), голубоглазая, с яркими чертами овального лица, она была одета в несколько не по сезону кремовое платье без рукавов с рассыпанными по нему крупными розами, и туфли на низком каблуке.
«Браслеты сними» - приказал Колокольцев фельдполицайассистенту. Тот повиновался. Девушка (Светлана выглядела моложе своего хронологического возраста) сразу начала растирать явно слишком сильно затянутые наручниками запястья.
«Здравствуйте, Светлана Васильевна» - максимально доброжелательным тоном произнёс Колокольцев. И махнул рукой в сторону кресла, которое только что занимал сам: «Присаживайтесь, пожалуйста».
Она никак на это не отреагировала. Просто приняла его приглашение и по-женски удобно устроилась в кресле. Было совершенно очевидно, что она пока не решила, какую из трёх стратегий выбрать: то ли глухо молчать, то ли конфликтовать, то ли попытаться флиртом выбраться из совершенно безнадёжной ситуации…
Колокольцев видел, что он ей нравился, поэтому практически не сомневался, что в конечном итоге она выберет именно третий – самый лучший для них обоих – вариант. И потому старался максимально ей в этом помочь.
И тут он ощутимо напрягся – ибо увидел на её левом виске синяк. Небольшой – но синяк. Причём явно свежий – такой она могла получить только после задержания.
«Это ещё что такое?» - искренне-обеспокоенно осведомился он. «Ну-ка поверни голову направо, я посмотрю…»
Как ни странно, она выполнила его приказ. Видимо, эта история с ведром задела в ней что-то очень личное, не имевшее никакого отношения ни к её подпольной работе, ни к ГФП, ни вообще к оккупантам.
Это действительно был синяк. Небольшой – но таки синяк. Поэтому он ещё более озабоченно осведомился: «Тебя били?»
Она покачала головой: «Нет, не били… к счастью. О край ведра ударилась, когда меня головой в воду окунали…»
Он глубоко вздохнул – и совершенно официальным тоном произнёс:
«От имени ГФП – тайной полевой полиции вермахта, СС и Главного управления имперской безопасности приношу Вам глубокие извинения за поведение этих недочеловеков. Так обращаться с женщиной нельзя – будь Вы хоть трижды связной подполья…»
Она изумлённо уставилась на него. Он официально-вдохновенно продолжал:
«Я только что отдал приказ, согласно которому твои обидчики получат по двадцать шомполов по голым задницам и будут с позором изгнаны из полиции… думаю, что и в городе они не задержатся…»
Светлана Астахова радостно улыбнулась и аж в ладоши захлопала:
«Так им и надо, подонкам… особенно Гришке. Всю меня облапал, пока окунал – да и окунал только потому, что простить мне не мог, что я его отшила…»
Колокольцев нисколько не удивился. Ибо предполагал нечто подобное. Она неожиданно тихо произнесла: «Спасибо, господин полковник. Мы, конечно, с Вами враги и всё такое, но для меня действительно было очень важно, чтобы этих сволочей примерно наказали…»
Она запнулась. Он улыбнулся: «Пусть даже немецко-фашистские оккупанты?»
Она глубоко вздохнула – и кивнула. А Колокольцев покачал головой: «Ты мне не враг, Светлана. Я не воюю с женщинами…»
Она изумлённо уставилась на него. Он невозмутимо продолжил:
«Да, и можно просто Роланд и на Ты. Я не люблю все эти церемонии…»
Глубоко вздохнул, оглядел её с головы до ног и констатировал: «Помяли тебя основательно. Ладно, сейчас мы это исправим…»
Махнул рукой в сторону комнаты отдыха при начальственном кабинете:
«Иди умойся. Потом буду твою красоту восстанавливать…»
Она ещё более удивлённо посмотрела на него, но покорно поднялась из кресла и отправилась в комнату отдыха. Ибо, как всякая казачка, была исключительно чистоплотна, поэтому пребывание в камере совсем без удобств (а это явно было именно так) на неё подействовало очень тяжело.
В комнате отдыха он протянул ей мыло в упаковке: «Это Калодерма – очень хороший продукт. Моя жена таким пользуется – ей очень нравится…»
«Спасибо» - улыбнулась Светлана. И очень тщательно вымыла руки до плеч, лицо, шею и даже подмышки, нисколько не стесняясь.
Он вздохнул: «Я понимаю, что тебе очень хочется вымыться полностью, но пока это невозможно. Я не могу оставить тебя одну, а ты вряд ли согласишься принимать душ или ванную в моём присутствии…»
Она неожиданно обворожительно улыбнулась: «Я подумаю»
Колокольцев с удовлетворением отметил, что она явно выбрала третий вариант – причём за считанные минуты с начала общения. Что его несказанно обрадовало, ибо ему решительно не хотелось отдавать её Лидии.
Он снова махнул рукой – только теперь уже в сторону кресла в кабинете: «Прошу»
Она уже совершенно спокойно – и очень комфортно – устроилась в кресле. Он протянул ей её сумочку: «Достань оттуда расчёску – и передай мне…»
Она удивлённо посмотрела на него. Он объяснил: «У меня нет привычки лазить по дамским сумочкам…». И с усмешкой добавил:
«Твоего нагана там уже нет – мне только не хватало, чтобы ты тут мне устроила Мамаево побоище…»
«Я поняла» - улыбнулась она. Достала из сумочки внушительного размера дамскую расчёску и протянула ему.
Он взял инструмент, встал за спиной девушки и стал медленно, нежно и осторожно расчёсывать её волосы – благо очень даже было что расчёсывать. Она закрыла глаза и с наслаждением глубоко вздохнула. Затем неожиданно спросила – совершенно расслабленным и очень довольным голосом:
«Жену ты тоже так расчёсываешь?». Он покачал головой:
«У неё короткая стрижка. Она детектив Крипо – там это принято…»
«Чтобы злодей не мог за волосы ухватить?» - улыбнулась она. Он удивлённо кивнул: «Да. А ты откуда знаешь?»
Она вздохнула: «У меня старший брат до войны в угрозыске работал. У них там была женщина-детектив…»
Дверь неожиданно открылась и в проём проникла любопытная лисячья мордочка Лидии Крамер. Она закатила глаза к потолку – дескать, ну ты и кобель – и уже хотела было закрыть дверь, но он её остановил. Подошёл к ней, и объяснил, что ему было нужно. Она кивнула, нежно чмокнула его в щёку и побежала выполнять его просьбу.
«Твоя любовница?» - усмехнулась Светлана.
«Ты что, ясновидящая?» - удивился он. Она пожала плечами:
«С мужчиной ты бы так не шептался. Да нормально всё – у нас в РККА походно-полевая жена абсолютно нормальное дело. Все жёны знают – и никто не верещит. Все понимают, как хреново на фронте – и почему без ППЖ не обойтись…»
Он её диатрибу проигнорировал. Полюбовался результатами своего труда, вернул ей расческу и приказал: «Теперь достань помаду и тушь для ресниц. Буду тебе сногсшибательно красивое личико рисовать…»
«Ты и это умеешь?» - удивилась она. Он кивнул: «Моя любовница – гримёр на киностудии UFA…»
Она кивнула: «Я слышала. Это вроде крупнейшая киностудия Германии, так?»
«Именно так» - подтвердил он. И продолжил: «Она почему-то решила, что у меня талант гримёра… вот и научила кое-чему…»
И приступил к рисованию. Причём настолько увлёкся, что не заметил, как в кабинет совершенно бесшумно даже не прошла, а прокралась Лидия. И сразу с восхищением заявила, причём на родном русском:
«Ничего себе как у тебя шикарно получается… Я тоже так хочу…»
Он изумлённо уставился на неё. Она рассмеялась: «Твоя новая пассия немецким владеет как мы с тобой… так что неважно, на каком мне говорить…»
«Макс настучал?» - усмехнулся он. «Уже успела обаять?»
Она довольно кивнула «А то! Не одному тебе тут флиртовать…»
И протянула ему флакон и тюбик: «Вот то, что ты просил…». И тут же предсказуемо попросила: «Я могу посмотреть… точнее, досмотреть? Я и не предполагала, что у тебя такие таланты…»
«Ты не против?» - спросил он Светлану. Она пожала плечами: «Не против»
Он вздохнул, указал Лидии на соседнее кресло, которое она немедленно заняла – и продолжил работу. Закончив с лицом, взял у Лидии тюбик, открыл, выдавил на руку Светланы немного содержимого. Она открыла глаза и с удивлением уставилась на белый крем на своей руке.
Лидия объяснила: «Это крем Nivea – специально для женской кожи. Очень быстро восстановит, а то я уже наслышана, как с тобой тут обходились…»
Удивительно, но Лидия совершенно не ревновала, хотя обычно была ревнивой просто до невозможности. «Закрой глаза» - неожиданно произнесла она, обращаясь к Светлане. И объяснила:
«Сейчас тебе будет просто сказочно хорошо – у него волшебные руки…»
Подпольщица подчинилась. А Колокольцев стал нежно, ласково, заботливо и любяще втирать крем в кожу Светланы. Она глубоко вздохнула – и совершенно расслабилась, наслаждаясь его лаской.
Лидия совершенно неожиданно поднялась из кресла, встала за спиной подпольщицы, и стала осторожно и нежно массировать голову Светланы. Колокольцев изумлённо уставился на неё.
Она пожала плечами: «Не знаю почему, но она мне очень нравится. Я очень надеюсь, что ты с ней договоришься...»
Глубоко вздохнула и добавила:
«Я, конечно, свою работу сделаю как надо, если до этого дойдёт, но мне совершенно не хочется применять к ней мои навыки и инструменты…»
Подпольщица всё поняла, но промолчала. Просто продолжила наслаждаться ласками уже двоих. Закончив с правой рукой девушки, он приступил к левой (Лидия продолжала ласково, но энергично массировать голову Светланы).
Когда он закончил с левой рукой, Лидия неожиданно предложила:
«Давай я сделаю ей ногти. Я понимаю, что ты умеешь, но у меня всё-таки опыта несопоставимо больше…»
Он пожал плечами: «Как скажешь, дорогая…»
Лидия с гордостью продемонстрировала подпольщице пузырёк с жидкостью алого цвета: «Прямо из Парижа – это он мне привёз. Приобрёл после того, как спас жизнь примерно десяти тысячам человек…»
Светлана изумлённо уставилась на неё. Лидия спокойно объяснила:
«В конце прошлого года тот, кто только что нарисовал тебе личико – очень красиво нарисовал, надо отметить – предотвратил теракт в Базилике Святого Сердца в Париже. И, таким образом, спас более десяти тысяч человек…»
Глубоко вздохнула – и наставительно заявила:
«Он вообще любит спасать людей, особенно женщин – хобби у него такое… да и работа иногда тоже. И тебя спасёт, что бы ты ни наворотила. Если, конечно, ты дурью маяться не будешь…»
И приступила к маникюру. Закончив, полюбовалась результатами своей работы, затем махнула рукой в сторону комнаты отдыха:
«Пойдём, полюбуешься своим новым личиком… и не только…»
Светлане её новое обличье понравилось. Очень понравилось. А Лидия деловито осведомилась: «Ты из этого города?»
Та кивнула: «Да, всё время прожила здесь, кроме тех лет, что училась в Ленинградском педагогическом… но и тогда лето здесь проводила, и вообще каникулы…»
«Кстати, почему физика и математика?» - заинтересованно осведомился Колокольцев. «И откуда такое знание немецкого?»
Светлана спокойно объяснила:
«Отец инженер-строитель. Учился в Германии, потом стажировался – и до революции, и после. Привил мне любовь к точным наукам… ну, и к немецкому тоже. А ты откуда так говоришь по-русски… как на родном?» - спросила она.
«Он и есть для него родной» - рассмеялась Лидия. И объяснила:
«Он хоть и Роланд Риттер фон Таубе, но родился и вырос в Российской империи. В Белостоке, если быть более точным…»
«Мы почти коллеги» - улыбнулся Колокольцев. «Я закончил исторический факультет МГУ – мой диплом тоже даёт право преподавать в школе…»
«Риттер» - задумчиво произнесла Светлана. «Рыцарь… очень подходящее имя…»
Колокольцев покачал головой: «Строго говоря, это не имя. Это дворянский титул, аналогичный французскому титулу шевалье»
«Ты дворянин?» - удивилась Светлана. «А что, непохоже?» - улыбнулся он.
«Да нет, очень даже похоже» - улыбнулась девушка. И неожиданно добавила:
«Двое нас – я тоже из дворян, хотя при Советской власти мы это по понятным причинам скрывали…»
И объяснила: «Астаховы — дворянский род. Наш родоначальник - донской войсковой старшина Ефим Леонтьевич Астахов, который в октябре 1792 года был пожалован в дворянское достоинство…»
И вопросительно посмотрела на Лидию. Та пожала плечами и официально представилась: «Лидия Антоновна Крамер. Родилась и выросла в Марксштадте – в Республике Немцев Поволжья. В тридцать четвёртом наша семья эмигрировала в Германию. Закончила Мюнхенский университет, по образованию биолог… ну, и в анатомии кое-что понимаю… и в медицине…»
«Лидия – наш ведущий специалист по допросам с применением техсредств» - пояснил Колокольцев. «Работает с гестапо, Крипо, ГФП… но в основном служит в моей зондеркоманде…»
«Я поняла» - усмехнулась Светлана. «… насчёт техсредств»
И спросила Лидию: «А почему ты спросила про моё место жительства?»
СС-Хельферин спокойно объяснила: «Тебя надо вымыть как следует – и переодеть… благо с горячей водой здесь всё нормально, я узнавала…»
Светлана грустно вздохнула: «Это точно. Надо. Очень надо».
Лидия продолжала: «Я сначала хотела снять с тебя мерки, чтобы одежду и бельё тебе купить, но потом подумала, что у такой ухоженной девушки – это видно, несмотря на сутки в тюряге – обязательно должен быть свой магазин и своя продавщица… ибо в этой стране всем стоящим из-под прилавка торговали…»
Светлана кивнула: «Есть такие. Продавщицу зовут Лена, магазин Подружка, адрес…». Она назвала адрес и пояснила – «Это в двух кварталах отсюда»
Лидия усмехнулась: «Найду как-нибудь». И обратилась к Колокольцеву:
«Деньги давай. Это у тебя карман бездонный, а мне на мою смешную зарплату
криминальинспектора не развернуться…»
Девушка изумлённо посмотрела на неё… потом на него. Лидия рассмеялась:
«Твой рыцарь мультимиллионер в рейхсмарках… и в другой валюте тоже. У него крупная торговая фирма в Берлине – он тебе даже дом может купить… если будешь хорошо себя вести…»
Колокольцев покорно достал из кармана купюру в сотню рейхсмарок и протянул Лидии: «Этого хватит?»
Та пожала плечами: «В Киеве за глаза хватило бы – а здесь… посмотрим…»
![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
