17 апреля 1942 года
Город Желтогорск, оккупированная территория России
Мам повешенных подпольщиц было ровно двадцать – мамы Светланы Астаховой уже давно не было в городе, поэтому Сила никак не могла на неё повлиять и её оставили в покое. Все прочие собрались на площади у здания ГФП – они ещё не знали, что их дочери повешены, а их тела сожжены в крематории ещё вчера.
Там их в полном составе и замели фельдполицаи – и поместили в камеры, в которых ещё вчера содержались их дети. И стали приводить по одной к Лидии Антоновне Крамер.
Которая к тому времени вдоволь натрахалась, выспалась и даже успела заняться Светланой Астаховой. Которую – голую, в застёгнутых за спиной наручниках, она отвела в актовый зал, связала ей ноги в коленях и щиколотках и подвесила за волосы. Полюбовалась результатом – висела девушка реально красиво – и улыбнулась: «Вот так и виси… будет перерыв, приду к тебе… поразвлечься»
И отправилась пороть первую маму. Первой по её просьбе оказалась мама повешенной Кати Иволгиной – сорокалетняя Ольга Константиновна.
Которой Лидия объявила: «Ваша дочь вчера была повешена за участие в подпольной организации – она полностью признала вину и предоставила убедительные доказательства своей преступной деятельности…»
Как ни странно, Ольгу Константиновну это совершенно не удивило. Она лишь пожала плечами: «Я говорила ей много раз - этим всё и закончится… патриотка хренова, совсем с катушек слетела. Вот и закончилось…»
Лидия бесстрастно продолжала: «Вы упустили свою дочь – поэтому будете наказаны. Поркой». Мама казнённой подпольщицы отнеслась к этому откровению совершенно спокойно. Грустно вздохнула:
«Вы правы… наверное». И осведомилась: «Что я должна сделать?»
«Раздевайтесь догола, ложитесь на живот на лавку» - ответила Стальная Волчица.
Женщина спокойно и послушно выполнила приказ. Лидия привязала её за запястья, лодыжки и талию и очень сильно высекла. Не до отключки, но сильно. Мазь и анальгетик тратить не стала – ибо это было действительно наказание… помимо всего прочего. Ибо за художества дочери – даже совершеннолетней – в первую очередь отвечает её мама. И во вторую. И в третью.
Женщина отреагировала… странно. Сначала поблагодарила Лидию:
«Вы правы – это действительно моя вина, что она всё это натворила и довела себя до виселицы. И потому я получила что заслужила – это было правильно…»
После чего предсказуемо спросила: «Вы Катю вешали?». Ибо почувствовала.
Лидия кивнула. «Я могу узнать, как она умерла?». Стальная Волчица пожала плечами и рассказала всё, ничего не утаивая. Ольга Иевлева вздохнула:
«Спасибо Вам – вы постарались сделать её смерть максимально милосердной»
Лидия вздохнула: «Моя задача привести смертный приговор в исполнение максимально быстро и безболезненно. Моя цель смерть, а не мучения…»
Женщина внимательно посмотрела на неё и неожиданно проинформировала:
«У меня такое ощущение, что после порки с моих плеч упал тяжёлый груз… и меня словно изнутри с мылом тщательно отмыли… моя порка точно только наказание за то, что дочь упустила?»
Лидия бесстрастно ответила: «Ваша порка была делом праведным и праведным — это всё, что вам нужно знать…»
Ольга Иевлева ещё раз поблагодарила палача своей дочери; Лидия выписала ей пропуск и женщина отправилась домой. Стальная Волчица выпорола ещё двоих женщин (на каждую ушло полчаса), после чего вернулась в актовый зал к подвешенной за волосы Светлане. Опустила её на сцену, отвела в кабинет (кресло ещё не успели убрать, усадила в кресло и хищно улыбнулась):
«Я слышала, тебе понравился мой метод?». Девушка кивнула. Лидия усмехнулась:
«Тогда постарайся на этот раз продержаться дольше… электроды сама прикрепишь?». Светлана снова кивнула, ввела фаллос-подобные электроды себе в анус (до прямой кишки), влагалище (до шейки матки) и прикрепила электроды -зажимы (сами по себе весьма болезненные, даже без тока) к клитору, соскам и малым половым губам.
Лидия привязала её к креслу, включила генератор и дала ток. На этот раз девушка продержалась шесть с половиной минут. Лидия одобрительно кивнула: «Прогресс». Освободила Светлану от верёвок, надела на неё наручники (застегнув на руках за спиной) и отвела в одиночку.
После этого выпорола ещё шесть женщин, вернулась в камеру, отвела Светлану в актовый зал и подвесила на импровизированном страппадо – со связанными за спиной руками. Объявила: «Будешь час висеть… как в Равенсбрюке и как было принято в Святой Инквизиции…»
И добавила: «Суставы вправлю и приведу в порядок – я профессиональная медсестра… помимо много чего ещё…». Например, серийной массовой убийцы.
Через час вернулась (выпоров ещё трёх женщин - процесс пошёл быстрее), опустила Светлану на сцену, освободила от верёвок, вправила суставы и вернула в одиночку. Без наручников – после страппадо в них не было необходимости.
На то, чтобы выпороть оставшихся восемь женщин, у Лидии ушло четыре часа - пришлось сделать перерыв на еду и секс. Закончив, она вернулась в тюрьму, забрала Светлану из одиночки, отвела в кабинет, привязала к креслу (обычному, не гинекологическому) и продемонстрировала девушке коробку с иглами:
«Постарайся выдержать как можно больше…»
К этому виду болевых воздействий Светлана была явно подготовлена (Лидия слышала, что в учебке НКГБ курсантам реально вводят иглы под ногти), поэтому она выдержала все десять игл в течение десяти минут.
Лидия с уважением кивнула, извлекла иглы из-под ногтей Светланы, ввела ей сильнейший анальгетик, милостиво позволила одеться… после чего отвела в ресторан только для офицеров (СС-Хельферин тоже имели право входа), где очень вкусно накормила. После чего забрала в свою комнату на базе Зондеркоманды К.
Когда они снова остались наедине (теперь уже в нормальной, гражданской обстановке), Светлана опустилась на колени перед Стальной Волчицей, долго целовала ей руки и ноги, после чего прошептала: «Спасибо тебе огромное – я никогда не была так счастлива… и никогда так не любила, как сегодня. Я хочу быть твоей вещью; твоей игрушкой; твоей девочкой для истязаний…»
Глубоко вздохнула – и продолжила: «Я хочу, чтобы ты делала со мной всё, что ты захочешь… я сильная, подготовленная к боли… я всё выдержу…»
Ещё раз вздохнула – и закончила: «А когда ты со мной наиграешься, я хочу, чтобы ты меня повесила… как ты повесила всех остальных…»
И снова вздохнула: «Меня обязательно нужно повесить… в конечном итоге»
Лидия забрала Светлану с собой в Берлин (Колокольцев не возражал) и сделала её своей алго-игрушкой. Стальная Волчица игралась с ней долго – только в конце сентября 1944 года они обе решили, что пора.
Лидия отвезла Светлану на заброшенное кладбище в окрестностях Берлина, та сама выкопала себе могилу, после чего Лидияперекинула через толстую ветку верёвку с петлёй, поставила под неё табурет и улыбнулась: «Прошу»
Её игрушка спокойно разделась догола, Лидия застегнула наручники у неё за спиной, помогла подняться на табурет, связала ноги в коленях и лодыжках, надела на шею и затянула петлю, после чего осведомилась: «Готова?»
Светлана кивнула. Лидия выбила у неё из-под ног табурет и женщина повисла. Вскоре наступила смерть. Лидия её закопала… однако через некоторое время всё же распорядилась установить на могиле памятник. На котором были выбиты новые (немецкие) имя и фамилия; даты рождения и смерти и краткая эпитафия:
Она прожила короткую, но очень счастливую жизнь
Что было чистой правдой. Говорят, что на могиле всегда свежие цветы…
![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
