Ещё 50 казнённых преступников. Джавед Икбал Мугал

[blacksunmartyrs]

Распространённым заблуждением является утверждение от том, что каждый серийный убийца настолько эмоционально и духовно тяготится своими «подвигами», что как минимум подсознательно хочет быть пойманным.

На самом деле, это большая редкость, хотя некоторые серийники действительно сами приходят (или звонят) в полицию и сдаются. Так поступил, например, один из самых известных серийных убийц Эдмунд Кемпер (он не был ни казнён, ни убит, поэтому не попал в эту книгу).

Так поступил и Джавед Икбал Мугал… однако с прямо противоположной мотивацией. Впрочем, обо всём по порядку.

Джавед Икбал Мугал родился то ли в 1956-м, то ли в 1961 году (точная дата его рождения неизвестна) в городе Лахоре в пакистанской провинции Пенджаб (пакистанцы те же индусы, только исповедуют ислам).

Семья будущего серийного убийцы была весьма обеспеченной (что сыграло немалую роль в его превращении в самого плодовитого и самого жестокого убийцу в истории Пакистана).

Отец Джаведа, Мухаммад Али Мугал, был известным в Лахоре предпринимателем, владел заводом по производству стальных труб, а также несколькими магазинами. Всего в их семье было девять детей, включая одного приёмного (не редкость среди обеспеченных пакистанцев).

Джавед Икбал рос вспыльчивым, скандальным ребёнком: задирал сверстников, часто истерил, шантажировал родителей (порой доходя до угроз самоубийством), когда те ему в чём-либо отказывали. Типичный мажор par excellence.

Его братья рассказывали о его интересе к оружию и фильмам со сценами насилия, который впоследствии он воплотил в кошмарную реальность. Откуда взялся этот интерес, станет понятно, если вспомнить историю Пакистана времён детства Джаведа (если предположить, что он родился в 1961 году, что существенно более похоже на правду).

Ночью 25 марта 1971 года началась Операция Прожектор - широкомасштабное наступление пакистанской армии в Восточном Пакистане (ныне независимое государство Бангладеш). Идея операции принадлежала нескольким пакистанским генералам; они решили таким образом положить конец массовым демонстрациям в Восточном Пакистане (которые не прекращались с 21 февраля 1971 года).

Эта операция изначально была направлена в отношении гражданского населения провинции, её целью было уничтожить как можно больше протестующих, чтобы запугать всех оставшихся в живых. Без комментариев.

Однако в прямом смысле не на тех напали – силы самообороны Восточного Пакистана оказали ожесточённое сопротивление. Методы ведения войны со стороны армии собственно Пакистана были кровавыми и привели к большим человеческим жертвам среди гражданского населения.

Основными мишенями стала интеллигенция и индусы Восточного Пакистана и порядка десяти миллионов беженцев, пытавшихся найти убежище на территории Индии. Число погибших в ходе войны оценивается от трёхсот тысяч до трёх миллионов человек (три четверти Холокоста).

Репортажи об этом кошмаре регулярно публиковались в пакистанской печати, о них рассказывали по радио, показывали по ТВ… неудивительно, что у эмоционально впечатлительного мальчика развилась подростковая эротизация насилия и смерти.

Что вкупе с последующей его гомосексуализацией (вопреки бредням либерастов, статистика сексуальной ориентации детей в однополых семьях неопровержимо доказывает, что гомосексуализм – приобретённое, а не врождённое явление; психология, а не биология) и привело к жутким последствиям.

Война за независимость Бангладеш продолжалась девять месяцев. Партизанские формирования и регулярные вооружённые силы Бангладеш предсказуемо получили поддержку от вооружённых сил Индии (у которой с Пакистаном были счёты ещё с 1947 года) в декабре 1971 года.

Это и решило исход войны - альянс индийских и бангладешских войск одержал победу над пакистанской армией, в ходе которой в плен было взято свыше 90 000 пакистанских солдат и офицеров… впрочем, это уже совсем другая история.

Реализация насилия не оставила себя ждать: как и многие (но далеко не все) серийные убийцы, Икбал начал с поджогов. Одной из жертв едва не стал школьный учитель (который чем-то сильно насолил Джаведу и его сообщникам).

Хотя прямых доказательств вины не нашлось, именно его посчитали «идейным вдохновителем» покушения, ибо пострадавший учитель питал к мальчику особую неприязнь. Сам Джавед Икбал настаивал, что обвинение было ложным.

Несмотря на проблемы в поведении, Джавед Икбал хорошо учился, а родители любили и всячески баловали сына, в том числе финансово. При помощи отца Джавед Икбал ещё в студенческие годы стал владельцем мастерской по металлобработке.

В конце 1970-х, участвуя в политическом митинге, Джавед был ранен полицейскими, длительное время провёл в больнице и был вынужден оставить учёбу в колледже, после чего целиком переключился на управление мастерской. Тяжёлая психологическая травма, напрямую связанная с насилием, явно весьма поспособствовала превращению юноши в инфернального монстра.

Вскоре у него начали проявляться педофильские наклонности. Его то ли изнасиловали, то ли (что гораздо более вероятно) соблазнили взрослые педофилы… в результате он стал активным педофилом.

Партнёров Мугал подыскивал различными способами: так, с помощью детских журналов он заводил юных «друзей» по переписке, которым предлагал обменяться фотографиями, и отправлял понравившимся мальчикам подарки; подростков из неблагополучных семей брал на работу в свою мастерскую.

Многочисленные торгово-развлекательные заведения, которыми Мугал владел уже в зрелые годы, открывались им так же с единственной целью — иметь постоянный доступ к детям (суровая правда жизни: везде, где есть достаточно много детей, есть и педофилы).

Одним из таких заведений был салон видеоигр, привлекавший детей и подростков возможностью играть за небольшие деньги или вовсе бесплатно. Излюбленной тактикой Мугала было оставить на полу салона купюру и, затаившись, ждать, пока какой-нибудь мальчик её не поднимет.

Вора Мугал брал с поличным и отводил в подсобку, где подвергал «обыску» с раздеванием и последующим изнасилованием; украденные деньги нередко возвращались жертве в качестве «жеста доброй воли» и платы за молчание.

В середине 90-х Мугал попытался открыть частную школу, однако его замысел провалился: жители наотрез отказались отдавать в неё детей, зная о репутации владельца. Родители Мугала, осведомлённые об отклонениях сына, неоднократно уговаривали его жениться — очевидно, надеясь, что близость с женщиной изменит его сексуальные предпочтения.

Увы, это не работает, что было доказано… многолетними экспериментами в «мозгоисправительных» заведениях (концлагерях) СС. Дахау, Заксенхаузене и прочих Бухенвальдах.

В которых гомосеков (согласно Параграфу 175 УК Третьего рейха гомосексуализм карался концлагерем) проститутки пытались превратить гомо в гетеро… безуспешно. Перепрограммировать гомосека можно – только методы нужны совсем другие (и не факт, что совместимые с исламом).

В конце концов отцу Джаведа гомо-выходки сына предсказуемо надоели – и он просто вынудил сына жениться. Однако последний выбрал себе невесту, дабы быть поближе к брату-подростку девушки (обычное дело для педофилов… правда, обычно их целью является сын).

Впоследствии Мугал выдал собственную сестру за другого сожительствовавшего с ним юношу. Всего Мугал был женат дважды (в 1983 и 1992 годах), однако ни один из этих браков не продлился дольше нескольких месяцев.

Ибо обе женщины, узнав о том, что Мугал — педофил, ушли от него и оборвали с бывшим мужем все контакты. Тем не менее, Мугал стал отцом аж двоих детей, сына и дочери, однако участия в их воспитании не принимал (матери по понятным причинам его к ним на пушечный выстрел не подпускали).

Ещё до серии убийств Мугал неоднократно попадал в поле зрения полиции за домогательства к детям, однако благодаря связям, а зачастую и подкупу, уходил от справедливого наказания.

Результатом стало чувство безнаказанности (обычное дело для преступников-мажоров), которое и привело к жутким последствиям. Именно поэтому разумные богатые родители весьма жёстко воспитывают своих чад.

В конце 1990 года Мугал был обвинён в изнасиловании 9-летнего мальчика, но из-за вмешательства своего влиятельного отца отделался лишь шестью месяцами заключения. После аналогичного нападения на другого ребёнка местный суд старейшин вынес ещё более мягкий приговор.

Публично извиниться перед жителями района, где произошло преступление (о размере данной старейшинам взятки история умалчивает). Вскоре Мугал переехал в другой район Лахора, где почти сразу стал искать новых жертв.

Зимой 1998 года Мугал заманил к себе в машину двух мальчиков девяти и одиннадцати лет, где, угрожая оружием, принудил к половому акту. После изнасилования Мугал назначил жертвам повторную встречу через несколько дней. Мальчики согласились прийти, однако взяли с собой отца, которому рассказали о случившемся; схватив насильника, мужчина сдал его полиции.

В скором времени, однако, Мугал вновь оказался на свободе — в качестве меры пресечения суд избрал лишь огромный денежный залог. В сентябре того же года Мугал познакомился с двумя подростками, которых под предлогом устроить на работу привёл к себе домой.

На этот раз педофил (строго говоря, эфебофил) встретил яростное сопротивление жертв, в результате получив серьёзные травмы головы и позвоночника, 22 дня находился в коме, а после выхода из неё и выписки из дольницы некоторое время оставался парализован.

Чтобы оплатить лечение, ему пришлось продать почти всё имущество, включая жильё (родители оплачивать последствия его преступлений категорически отказались). Оставшихся денег хватило лишь на аренду дома в трущобах Лахора.

Именно после этого он и начал убивать. Не столько, чтобы отомстить всем подряд подросткам (как он впоследствии утверждал – как и почти все серийники, он был патологическим лжецом), сколько чтобы избежать «повторения пройденного»

В конце ноября 1999 года Мугал отправил полиции письмо, в котором признался в убийстве ста мальчиков — преимущественно беглецов и сирот, живших на улицах Лахора, а также детей, приехавших из других городов в надежде найти работу.

В письме он утверждал, что под предлогом дать еды или возможность подзаработать заманивал детей к себе в дом, где угощал водой или соком с подмешанным снотворным или сильнодействующим успокоительным (дабы исключить сопротивление и последующее сообщение властям).

После того, как жертвы отключались, он их насиловал, после чего душил железной цепью; в некоторых случаях орудием убийства становилась кислородная маска, через которую убийца заставлял жертв вдыхать пары цианида.

Останки, предварительно расчленённые, Мугал растворял в смеси соляной и серной кислот. За бочку кислоты Мугал отдавал 120 рупий — чуть больше долларов США по тогдашнему курсу; позже, на суде, он цинично отмечал, что именно в такую сумму ему обходилось уничтожение каждой жертвы.

От жидкости с растворившимися телами Мугал поначалу избавлялся, сливая её в канализацию, а впоследствии, опасаясь быть разоблачённым соседями — в близлежащую реку Рави.

Искать жертв, участвовать в расправах и избавляться от трупов маньяку помогали трое подростков: 17-летний Шехзад, 13-летний Саджид и 10-летний (!!) Мухаммад Надим. Дневники Мугала и его показания на суде позволяют предположить, что сообщников было больше… однако такие сабжи врут даже себе, так что к этому нужно относиться с осторожностью.

Первое убийство Мугал совершил 20 июня 1999 года, отравив химикатами 15-летнего мальчика по имени Ясир. После этого Мугал, по собственным же словам, стал убивать почти ежедневно, иногда — по несколько детей сразу.

Это явное преувеличение, обычное для серийного убийцы (чуть ли не все подряд серийники признаются в гораздо большем числе жертв, чем убили на самом деле – тот же Генри Холмс, например).

Среди первых жертв Мугала оказался его 14-летний работник, который, как опасался душегуб, мог стать свидетелем его преступлений и рассказать о них. Одним из последних преступлений в серии стало убийство подростка-массажиста Иджаза Мухаммада.

Иджаз и двое других детей были единственными жертвами, чьи останки удалось обнаружить; как позже заявил сам Мугал, эти тела он сохранил, чтобы полиция не поставила его признания в убийствах под сомнение.

Самым младшим из убитых Мугалом мальчиков было не более шести лет (это уже чистая педофилия). Своеобразным «трофеем» для Мугала служила одежда убитых детей, которую тот хранил у себя дома (обычное дело для серийников); впоследствии маньяк придумал ещё один ритуал: фотографировать жертву перед убийством (и такое случается).

Поначалу полиция отнеслась к письму Мугала скептически; навестив подозреваемого, полицейские не стали даже осматривать его дом; когда на вопрос об убийствах Мугал впал в истерику и, схватив пистолет, стал угрожать суицидом, полицейские, посчитав Мугала душевнобольным, поспешили уйти.

Расследование возобновилось только после того, как делом заинтересовались журналисты — прежде чем пуститься в бега, Мугал отправил копию письма в редакцию одной из газет.

Во время обысков в доме Мугала были найдены фотографии убитых мальчиков, их вещи (включая одежду), две бочки кислоты с останками последних жертв и дневники, где Мугал документировал не только подробности убийств, но также информацию о каждой жертве (имя, возраст, адрес и так далее).

В числе улик оказались орудия убийства — цепь и кислородная маска, — а также многочисленные следы крови на полу и стенах. Полицейские отмечали, что почти все поверхности и предметы в доме были покрыты остатками человеческих волос (чтобы раствориться в кислоте, волосам требуется гораздо больше времени, чем другим частям тела).

В отправленных письмах Мугал заявил, что собирается утопиться в реке Рави; дно реки прочесали с помощью сетей, однако труп Мугала найти не удалось. Осознав, что предсмертная записка была попыткой пустить следствие по ложному следу, полицейские развернули крупнейшую в истории страны облаву.

Вскоре был арестован знакомый Мугала, подозревавшийся в продаже ему кислоты — 32-летний Мухаммад Исхак по прозвищу «Билла». Через несколько дней, во время допроса в местном центре по расследованию преступлений, Исхак погиб — по словам полицейских, выбросившись из окна на третьем этаже. Вскрытие показало, что мужчину пытали… видимо, он просто не выдержал.

Мугал был арестован 30 декабря 1999 года, когда пришёл в редакцию лахорской газеты и добровольно сдался её сотрудникам. Решение сдаться именно журналистам он объяснил весьма обоснованной уверенностью, что полицейские непременно убили бы его, не дожидаясь суда.

Из редакции Мугала вывели, предварительно скрыв его лицо под тканью — из опасений, что горожане узнают и линчуют убийцу. В тот же день задержали двоих помогавших Мугалу подростков, пытавшихся обналичить в банке дорожные чеки маньяка. Последний из сообщников, Мухаммад Сабир, был взят 12 января 2000 года; мальчика привёл в полицию отец.

Почему душегуб решил сдаться? По причине совершенно неадекватного восприятия реальности. Он настолько уверовал в свою безнаказанность (было от чего), что решил, что и скандальную всемирную славу приобретёт («синдром Герострата» в современном варианте) … и что отделается лёгким наказанием – как это уже было не раз.

Что блестяще подтвердили его показания на суде. Поначалу Мугал не отрицал совершённых им убийств. На одном из допросов он заявлял, что при желании мог расправиться с куда большим количеством детей и остаться вне подозрений.

Однако на суде Мугал изменил показания: теперь убийца утверждал, что был невиновен и оговорил себя из-за давления следователей. Мугал настаивал, что лишь инсценировал убийства, чтобы показать бедственное положение пакистанских детей и угрозы, с которыми те могут столкнуться.

А за останки, обнаруженные в его доме, выдавал части туш животных – ибо подтвердить или опровергнуть данное утверждение тогда не удалось, поскольку первая ДНК-лаборатория появилась в Пакистане только в 2006 году.

Пропавшие мальчики, по словам Мугала, либо вернулись домой, либо стали жертвами других педофилов. Однако – в отличие от якобы жертв Генри Холмса - ни один из якобы вернувшихся домой детей так и не был найден живым.

В общей сложности показания против Мугала дали более ста человек. На суде убийца, по воспоминаниям очевидцев, был спокоен, даже весел; а его сообщники и вовсе не обращали внимания на процесс, смеясь и разглядывая вырезки из газет со своими фотографиями, купаясь в лучах скандальной славы.

К его великому изумлению, Мугал был приговорён к смертной казни. Согласно шариатской правовой концепции кисас («око за око»), Мугал должен был быть казнён тем же способом, каким расправлялся с жертвами: задушен цепью, расчленён и растворён в кислоте; причём разделить труп полагалось на сто кусков — по одному за каждого убитого ребёнка.

Смертный приговор был также вынесен самому старшему из сообщников Мугала: на совести юного преступника было соучастие в 98 убийствах. Мухаммад Надим и Мухаммад Сабир, первый из которых был причастен к 13 убийствам, а второй — к трём, получили фактически пожизненное — 273 и 63 года соответственно.

Приговор вызвал неоднозначную реакцию в стране и вал возмущения по всему миру… поэтому власть предержащие приняли обычное в таких случаях решение. Утром 9 октября 2001 года Мугал и его приговорённый к смерти сообщник, были найдены мёртвыми. По заключению следствия, причиной смерти обоих стало самоубийство: преступники повесились на тюремных простынях.

Семья Мугала отказалась забирать его тело. Как заявили братья маньяка, Джавед Икбал умер для них в тот день, когда признался в убийстве ста детей.