Псы отпущения Западного фронта

[blacksunmartyrs]

Приказ № 0250 28 июля 1941 г.

По постановлению Государственного Комитета Обороны были арестованы и преданы суду военного трибунала за трусость, самовольное оставление стратегических пунктов без разрешения высшего командования, развал управления войсками, бездействие власти бывший командующий Западным фронтом генерал армии Павлов Д. Г., бывший начальник штаба того же фронта генерал-майор Климовских В. Е., бывший начальник связи того же фронта генерал-майор Григорьев А. Т., бывший командующий 4-й армией генерал-майор Коробков А. А.

Верховный суд Союза ССР 22 июля 1941 г. рассмотрел дело по обвинению Павлова Д. Г., Климовских В. Е., Григорьева А. Т. и Коробкова А. А.

Судебным следствием установлено, что:

а) бывший командующий Западным фронтом Павлов Д. Г. и бывший начальник штаба того же фронта Климовских В. Е. с начала военных действий немецко-фашистских войск против СССР проявили трусость, бездействие власти, отсутствие распорядительности, допустили развал управления войсками, сдачу оружия и складов противнику, самовольное оставление боевых позиций частями Западного фронта и этим дали врагу возможность прорвать фронт;

б) бывший начальник связи Западного фронта Григорьев А. Т., имея возможность к установлению бесперебойной связи штаба фронта с действующими частями и соединениями, проявил паникерство и преступное бездействие, не использовал радиосвязь в результате чего с первых дней военных действий было нарушено управление войсками;

в) бывший командующий 4-й армией Западного фронта Коробков А. А. проявил трусость, малодушие и преступное бездействие, позорно бросил вверенные ему части, в результате чего армия была дезорганизована и понесла тяжелые потери.

Таким образом, Павлов Д. Г., Климовских В. Е., Григорьев А. Т. и Коробков А. А. нарушили военную присягу, обесчестили высокое звание воина Красной Армии, забыли свой долг перед Родиной, своей трусостью и паникерством, преступным бездействием, развалом управления войсками, сдачей оружия и складов противнику, допущением самовольного оставления боевых позиций частями нанесли серьёзный ущерб войскам Западного фронта.

Верховным судом Союза ССР Павлов Д. Г., Климовских В. Е., Григорьев А. Т. и Коробков А. А. лишены военных званий и приговорены к расстрелу[a].

Приговор приведен в исполнение.

Предупреждаю, что и впредь все нарушающие военную присягу, забывающие долг перед Родиной, порочащие высокое звание воина Красной армии, все трусы и паникеры, самовольно оставляющие боевые позиции и сдающие оружие противнику без боя, будут беспощадно караться по всем строгостям законов военного времени, не взирая на лица.

Приказ объявить всему начсоставу от командира полка и выше.

Народный комиссар обороны СССР И. Сталин

------------------------------------------------------------------

Генерал Павлов и его подчинённые должны были стать главными псами-волкодавами Красного Тамерлана, которых он собирался спустить на Германию и всю континентальную Европу (для начала) 23 июня 1941 года.

Однако не сложилось – Гитлер опередил Сталина. Опередил всего на сутки – но этого оказалось достаточно. В результате командующий Западным фронтом и его непосредственные подчинённые стали псами отпущения…

Дмитрий Григорьевич Павлов родился 4 ноября 1897 года в деревне Вонюх, Кологривского уезда, Костромской губернии Российской империи в крестьянской семье. Окончил 4 класса церковно-приходской школы, 2-классное училище в селе Суховерхово и экстерном сдал экзамены за 4 класса гимназии.

Был зачислен вольноопределяющимся в Русскую императорскую армию вскоре после начала Великой войны и сразу попал на фронт. Дослужился до старшего унтер-офицера. В июне 1916 года был ранен и взят в плен в Ковельском сражении на реке Стоход. В плену работал на шахтах в Германии.

Освобождён после окончания войны в январе 1919 года. После возвращения из плена полгода работал в подотделе социального обеспечения и охраны труда при Кологривском уездном отделе труда, откуда в конце августа того же года был призван в Красную армию.

С августа 1919 года — боец 56-го продовольственного батальона, затем делопроизводитель продотряда (красный упырь, в общем – эти части отличались чудовищной жестокостью даже по меркам Гражданской войны). В конце 1919 года направлен на учёбу и в 1920 году окончил командные курсы в Костроме.

С апреля 1920 года — командир взвода и кавалерийского дивизиона в 8-й Казачьей кавалерийской дивизии. С октября 1920 года — инспектор для поручения в инспекции кавалерии 13-й армии, с декабря 1920 — в инспекции кавалерии Южного фронта.

Воевал на Юго-Западном и Южном фронтах. Вступил в ВКП(б) в 1919 году. Окончил 24-ю Омскую пехотную школу имени Коминтерна в 1922 года. С апреля 1922 года командовал кавалерийским полком 10-й кавалерийской дивизии (полк дислоцировался в Семипалатинске).

С июня 1922 года — помощник командира 56-го кавалерийского полка 6-й Алтайской отдельной кавалерийской бригаде, во главе его вёл активные боевые действия против антисоветского вооружённого отряда Сальникова и Кайгородова в Барнаульском уезде. Каратель, короче (в таких операциях иначе не было).

В начале 1923 года был переброшен на Туркестанский фронт. С февраля 1923 года в должности начальника истребительного (карательного) отряда воевал против отряда басмачей курбаши Турдыбая в районе Ходжента.

С августа 1923 года в Восточной Бухаре командовал 77-м кавалерийским полком в боях против отрядов Ибрагим-бека, Ала-Назара, Барота, Ходмана, Хаджи-Али. С июня 1924 года — помощник командира полка по стрелковой подготовке.

Окончил Военную академию РККА имени М. В. Фрунзе (учился с октября 1925 по июнь 1928). С 1928 года — командир и комиссар 75-го кавалерийского полка 5-й отдельной Кубанской кавалерийской бригады.

Бригада дислоцировалась на станции Даурия. Во главе полка отличился в конфликте на КВЖД, участвуя в глубоком обходе группировки китайских войск и в разгроме численно превосходящей Маньчжуро-Чжалайнорской группировки противника в ноябре 1929 года.

В марте 1930 года был отозван в Москву и направлен на учёбу. В следующем году окончил академические курсы технического усовершенствования начсостава при Военно-технической академии. С марта 1931 года — командир 6-го механизированного полка (Гомель), с февраля 1934 года — командир и комиссар 4-й механизированной бригады (Бобруйск) в Белорусском военном округе.

Бригада под его командованием стала одной из лучших механизированных частей в РККА, отлично проявила себя на Больших Киевских манёврах 1935 года. За отличную боевую подготовку в 1936 году был награждён орденом Ленина. Явно не за это (таких случаев было немало), ибо такой орден можно было получить только за серьёзную тайную операцию… понятно, где.

Во время Гражданской войны в Испании, с октября 1936 по июнь 1937 года, сражался на стороне республиканского правительства в числе советских добровольцев, был командиром танковой бригады под псевдонимом «Пабло».

Командовал крупными сводными танковыми группировками войск. Особенно отличился при отражении прорыва фронта под городом Махадаонда (январь 1937), в Харамской операции (февраль 1937), в Гвадалахарской операции (март 1937). За Харамское сражение был награждён республиканским правительством испанским боевым орденом в июле 1937 года.

С июля 1937 года — заместитель начальника, а с ноября 1937 года — начальник Автобронетанкового управления РККА. Одновременно с марта 1938 года — член Главного военного совета РККА.

Сыграл значительную роль (однако не во всём позитивную) в развитии советских бронетанковых войск перед советско-германской войной. Летом 1939 года участвовал в боевых действиях на Халхин-Голе в качестве военного советника по применению бронетанковых войск.

Участвовал в Финской войне, будучи инспектором по боевому применению танковых войск, а с 17 января по 29 февраля 1940 года — командующего Резервной группой войск (3 стрелковых дивизии, 2 кавалерийских дивизии, 1 танковая бригада).

Эта группа была предназначена для глубокого обхода Линии Маннергейма по льду Финского залива, но после первой неудачной попытки форсирования залива операция была отменена. С июня 1940 — командующий войсками Западного особого военного округа. С 1939 года кандидат в члены ЦК ВКП(б).

Опираясь на опыт боевых действий в Испании, настоял на создании танков Т-34 с дизельными двигателями, противоснарядным бронированием и пушками, способными пробивать противоснарядное бронирование вражеских танков.

По его настоянию был создан и «тяжёлый танк прорыва» КВ. Создан для прорыва в Европу (с последующей оккупацией последней) … но не случилось. В оборонительных боях и (особенно) в контратаках КВ оказался бесполезен – их легко и непринуждённо расстреливали 88-миллиметровые зенитки (даже болванка отрывала башню), коих в вермахте было… достаточно.

Аналогичное фиаско постигло лёгкий танк БТ с противопульным бронированием, оптимизированный под скорость (лавины этих танков должны были устремиться в прорывы, пробитые Т-34 и КВ), захватывая огромные территории… только вот не получились прорывы.

Точнее, прорывы-то получились… только панцерваффе (и вообще вермахта) оборонительных линий РККА. Разработанная при деятельном участии Павлова самоубийственная доктрина танковых контратак привела к тому, что противник расстреливал танки «советских панцерваффе» как в тире.

В результате только за неполное лето 1941 года (с 22 июня по 31 августа) РККА потеряла более 15 тысяч танков (!!). Вчетверо больше, чем у вермахта было на момент начала Операции Барбаросса.

В результате катастрофы в треугольнике Луцк — Броды — Дубно (крупнейшего чисто танкового сражения в истории) РККА безвозвратно потеряли 2648 танков. Безвозвратные потери панцерваффе вермахта составили… 85 машин. В тридцать (!!!) раз меньше.

И «благодарить» за это Красная Армия должна в первую очередь «великого танкового гения», начальника Автобронетанкового управления РККА генерала армии Павлова. Так что, хотя по приговору не за это совсем, расстреляли его очень даже по делу (за профнепригодность с катастрофическими последствиями).

Сталин что-то подозревал – и 7 июня 1940 года его сняли с должности начальника Автобронетанкового управления Красной армии и отправили командовать Белорусским особым военным округом.

Который через несколько дней после назначения Павлова был преобразован в Западный особый, а за день до начала Операции Барбаросса – в Западный фронт. Что означало войну… только вот 21 июня Сталин пребывал в полной уверенности, что Гитлер не нападёт, пока не подпишет мир с Великобританией. Так что какую войну это означало – вопрос риторический.

Командовал Павлов настолько блестяще, что уже 28 июня 1941 года вермахт взял Минск, а практически все армии фронта перестали существовать как организованная военная сила.

30 июня 1941 года Павлов был отстранён от должности командующего фронтом и вызван в Москву. Второго июля был возвращён на фронт, но с понижением на должность заместителя командующего Западным фронтом. Командующим стал народный комиссар обороны Тимошенко.

Однако Сталину срочно были нужны псы отпущения, поэтому уже два дня спустя Павлов был арестован и доставлен в Москву. 22 июля 1941 года Военная коллегия Верховного суда СССР приговорила его и его подельников к смертной казни с конфискацией имущества и лишением воинского звания. В этот же день они был расстреляны и похоронены на печально знаменитой Коммунарке.

Почему Павлов и его подчинённые считаются «псами отпущения?». А потому, что они (как и командование всех остальных фронтов) были вынуждены действовать в установленных Красным Тамерланом «прокрустовых рамках».

С одинаковым катастрофическим результатом: все три фронта (Западный, Юго-Западный и Северный); то есть весь Первый стратегический эшелон РККА – а за ним и Второй - были наголову разгромлены победоносным вермахтом.

Разгромлены потому, что по приказу Сталина всё время, силы и ресурсы следовало тратить на подготовку «освободительного похода в Европу» (Операции Гроза), а вариант внезапного нападения вермахта даже не рассматривался – не то, что не отрабатывался.

В результате, когда грянула Операция Барбаросса, войска всех фронтов РККА – от рядового до командующего – просто понятия не имели, что им делать. И потому стали лёгкой добычей вермахта, который расправлялся с ними как в тире…