Ян Рокотов и хрущёвский беспредел

[blacksunmartyrs]

В отличие от Сталина, который жил и действовал по хоть и инфернальным, но всё же правилам (причём вполне рациональным), Хрущёв был самым настоящим беспредельщиком. Одним из наиболее убедительных примеров этого стало Дело Рокотова-Файбишенко-Яковлева и трагическая судьба его фигурантов.

Ян Тимофеевич Рокотов родился 7 августа 1927 года в Москве в семье партработника Тимофея Орликова и вырос в весьма элитной семье. Его воспитывала его тётка Ева Рокотова, которая была замужем за Тимофеем Рокотовым, главным редактором журнала «Интернациональная литература» (впоследствии «Иностранная литература»).

Еще в школе одноклассник Яна нанес ему ранение карандашом в глаз, что стало причиной дальнейших проблем со зрением, частичной слепотой. Отсюда и криминальная кличка Рокотова – Косой.

Проблемы с советским законом у Яна начались ещё в ранней молодости - в 1946 году он, на тот момент студент юрфака МГУ, был арестован по делу своего одноклассника Джонрида Сванидзе, племянника первой жены Сталина, обвиненного в создании антисоветской молодёжной организации.

Дело начали расследовать, но потом поступило указание его прекратить, и Рокотов, которому угрожало до 25 лет лишения свободы, был приговорен лишь к высылке из Москвы. Из столицы он, надеясь на забывчивость органов внутренних дел, не уехал, скрывался, был вторично арестован и получил восемь лет лагерей.

В лагере был распределён в режимную бригаду, работал на лесоповале, подвергался постоянным избиениям уголовниками за невыполнение нормы (он был физически слаб), что привело к психической травме и потере памяти.

По воспоминаниям сидевшего с ним в лагере историка Исаака Фильштинского, первое время он вообще страдал от «прессинга» уголовников, но затем сумел наладить с ними взаимовыгодные отношения и «досиживал» уже вполне благополучно, по лагерным меркам — даже богато.

Как и у многих его собратьев по криминальной деятельности, необходимое образование и связи он получил в местах лишения свободы. Выйдя на свободу в середине 1950-х, он быстро оценил возможности, которые открывала торговля иностранной валютой, а также золотыми монетами.

В 1954 году дело Яна Рокотова было пересмотрено Центральной комиссией по пересмотру дел граждан, осуждённых за политические преступления. Рокотов был освобождён с полной реабилитацией и восстановлен на втором курсе юрфака.

Однако учиться дальше не пожелал, бросил институт и начал подпольный валютный промысел. Алчность – в данном случае в самом прямом смысле смертный грех – его и сгубила.

Совместно с друзьями Владиславом Файбишенко и Дмитрием Яковлевым по кличке Дим Димыч в октябре 1958 года Рокотов организовал сложную систему посредников для скупки иностранной валюты и зарубежных товаров у иностранных туристов.

При этом Рокотов и Яковлев были осведомителями ОБХСС и КГБ, что позволяло им оставаться безнаказанными. Не то, чтобы госбезопасность «крышевала» валютный бизнес и валютных проституток… однако в обмен на ценную информацию и помощь в вербовке иностранцев и те, и другие получали определённую свободу действий.

Однако лишь до тех пор, пока не теряли берега, а Рокотов сотоварищи вышли настолько за все и всяческие рамки в своём стремлении к наживе, что их партнёры в КГБ уже не могли им ничем помочь.

В 1960 году «валютный» отдел КГБ разоблачил всех троих, им было вменено ещё 17 эпизодов мошенничества в особо крупном размере. При задержании у Рокотова был изъят чемодан, в котором хранились валюта, золотые монеты и советские деньги на общую сумму полтора миллиона долларов США (16.5 миллионов в нынешних ценах).

Прокололся Файбишенко. Он прятал доллары в подъезде за батареей, а уборщица решила вытереть пыль. Нашла пачку валюты, отнесла куда надо, а вечером к ней заявился студент, потерявший бандерольку.

За ним установили слежку. Во время сделки у Файбишенко изъяли 150 золотых монет и 50 тысяч рублей. (Зарплата инженера была около сотни, рабочий, пахавший сутками, мог получить 140, стипендия — 14 рублей.). При обыске его съёмной квартиры была найдена валюта почти на полмиллиона рублей.

Рокотова взять с поличным долго не удавалось. Нажитое он держал в золотых монетах, монеты — в чемодане, чемодан — в камере хранения. Когда Яна взяли, в чемодане было золотых монет на полтора миллиона рублей. Третий «король» валютчиков Яковлев со следствием сотрудничал, раскаялся, признался.

Позднее суд установил, что Рокотов скупил и перепродал валюты и золотых монет на сумму свыше 12 миллионов рублей, а Файбишенко скупил и перепродал валюты на общую сумму около миллиона рублей. Общая сумма валютных сделок, которые были совершены участниками группы, составляла 20 млн. рублей.

Осуждённые были приговорены к восьми годам лишения свободы… которые спокойно и отсидели бы, если бы не два других смертный греха. Гордыня и гнев Никиты Сергеевича Хрущёва.

В 1961 году Хрущёв ездил в Берлин (ГДР), где ему заявили, что такого грандиозного чёрного рынка, как в Москве, нет нигде в мире. Особенно рынка валютного. Кукурузник воспринял это как личное оскорбление (гордыня) и был просто взбешён (гнев).

Вернувшись в Москву, он затребовал все дела по фарцовщикам и валютчикам и запустил кампанию по борьбе с фарцовщиками… но ему нужен был громкий, показательный процесс.

На пленуме ЦК он зачитал сфабрикованное «письмо» рабочих Ленинградского металлического завода, «возмущённых мягкостью приговора» к тому времени отбывавшим восьмилетний срок наказания троим валютчикам.

Он пригрозил Генеральному прокурору СССР Руденко: «Не думайте, что ваша должность пожизненна!». Руденко впоследствии стал единственным генпрокурором СССР, занимавшим должность до самой смерти. Дело было пересмотрено, и суд назначил новое наказание — 15 лет лишения свободы.

Однако и этого одержимому жаждой убийства (ему действительно очень нравилось убивать) фактическому главе СССР показалось недостаточно.

После изданного в спешном порядке указа «Об усилении уголовной ответственности за нарушение правил валютных операций» состоялся третий пересмотр дела. Рокотова, Файбишенко и Яковлева приговорили к расстрелу.

Все кассационные жалобы были отклонены, и приговор был приведен в исполнение в Бутырской тюрьме 16 июля 1961 года.

Осуждённые стали одними из немногих расстрелянных по приговору суда за фарцовку и незаконные валютные операции. Расстрел вызвал протесты даже у следователей по делу, так как был вопиющим нарушением фундаментальных принципов права в виде применения обратной силы закона.

Кроме того, Яковлев сообщил следствию множество ценных сведений и был тяжело болен. По решению горкома КПСС от должности был отстранён председатель Мосгорсуда Громов за «мягкость» первоначального приговора.

В 2013 году, 52 года спустя после событий расстрела 1961 года, в Нью Йорке (США) эмигрантами из разных стран мира, в том числе и бывшего СССР, была основана компания Rokotov & Fainberg по производству элитных джинсов.

Автором идеи и основателем компании Rokotov & Fainberg является кинопродюсер Виталий Ализиер. Примечательно название линии моделей - они подразделяются по числам; стартовая классического пошива модель носит номер 88, это номер статьи Уголовного кодекса РСФСР 1960 года «Нарушение правил о валютных операциях». 

Comments

[paserbyp]

"Кукурузник воспринял это как личное оскорбление (гордыня) и был просто взбешён (гнев)"

Кукурузником называл Хрущёва нео-сталинист Брежнев, который лизал ему жопу не приходя в сознание, а потом воткнул нож в спину в 1964 году.

Я хорошо запомнил, как снимали Хрущёва и мать подымала меня ночью, чтобы встать в очередь за хлебом. А учительница в школе нам второклашкам говорила, что при Сталине люди гибли от голода, а при Хрущёве в хлеб добавляют кукурузу и голода нет. Как Хрущева сняли, так сразу хлеб в магазинах появился и я смог высыпаться перед уходом утром в школу.