Дело авиаторов. Необъяснимое

По материалам книги Марка Солонина «На мирно спящих аэродромах…»

Война для советских ВВС началась значительно раньше того воскресного утра, когда немецкие бомбы посыпались на «мирно спящие аэродромы» (официальная история очень сильно преувеличивает и количество бомб – и вызванный ими ущерб матчасти ВВС РККА).

Тяжелейшие потери, причем в самом главном — командном — звене советская авиация понесла уже в мае — июне 1941 года (строго говоря, в два приёма - в октябре 1941 года и в феврале 1942-го).

И по сей день нет внятного объяснения того, почему в конце весны - начале лета 1941 года новый вал «Большой Чистки» накрыл руководство военной авиации и военной промышленности.

Совершенно непонятно — чем на этот раз не угодили Хозяину новые, молодые генералы, которых он сам же расставил на все ключевые посты всего несколько лет (или даже месяцев) назад. Так называемый «заговор авиаторов» поражает своей иррациональностью.

Строго говоря, «первое дело авиаторов» - ибо было ещё и «Авиационное дело» 1946 года. Приговоры по которому поражают своей мягкостью – расстрелян был лишь один фигурант – маршал авиации Сергей Худяков… впрочем, его дело – это совершенно отдельная история.

Существует миф, согласно которому «дело авиаторов» 1941 года было эмоциональной реакцией Сталина на (ещё более эмоциональное) обвинение, которое ему бросил в лицо бесстрашный лётчик, герой войны в Испании и конфликта над Халхин-Голом, в то время главком ВВС РККА Рычагов:

«Вы заставляете нас летать на гробах…»

Это чистой воды миф – причём сразу по трём причинам. Во-первых, не существует ни одного доказательства, что данный инцидент имел место… во-вторых, аварийность в ВВС РККА была в разы… ниже, чем в люфтваффе и в Королевских ВВС Великобритании.

Согласно данным Разведуправления Штаба РККА в 1934 году на одну катастрофу в советских ВВС приходился почти в два раза (!!) больший налет в часах, чем в ВВС Его Величества короля Георга.

Повсеместно цитируемые цифры («ежедневно в среднем гибнет у нас при авариях и катастрофах 2-3 самолета, что составляет на год 600-900 самолетов») взяты из текста постановления Политбюро от 9 апреля 1941 года.

50-75 аварий и катастроф в месяц. На первый взгляд, просто кошмар… однако, всё познаётся в сравнении. В данном случае, с двумя ведущими авиационными державами того времени – Великобритании и Германии.

В люфтваффе за период с 1 сентября 1939 по 22 июня 1941 года во время обучения в летных школах погибли 1924 человека и еще 1439 были ранены. Кроме того, непосредственно в строевых частях за тот же период при авариях и катастрофах погибли 1609 и были ранены 485 человек летного состава.

В среднем 248 человек в месяц. В месяц, а не в год! Во втором полугодии 1941 года люфтваффе потеряло в авариях и катастрофах (по данным разных источников) порядка 1350-1700 боевых самолетов, то есть от 225 до 280 самолетов в месяц - значительно больше, чем теряли в 1940 году многократно превосходящие их по численности советские ВВС.

С точностью, достаточной в данном контексте, можно рассчитать, что летом-осенью 1941 года в люфтваффе средний налет на одну аварию и/или катастрофу составлял порядка 250-300 летных часов.

А в докладе штаба ВВС Западного особого военного округа от 15 мая 1941 года читаем, что средний налет на один поврежденный самолет составил 844 летных часа - великолепный для той эпохи показатель. Аварийность в советских ВВС была весьма и весьма низкой.

Это есть факт, который надо просто знать… как и причины столь низкой аварийности. Ларчик просто открывался – столь впечатляющая статистика объяснялась недопустимо низким, «щадящим» режимом боевой подготовки.

Вылет вылету рознь - можно крутить широкие круги над аэродромом, а можно выполнить пять пикирований за один учебный полет, соответственно принципиально различными будут и вероятность аварий, и подготовка летчиков.

Есть серьезные основания предположить, что многие командиры советских ВВС пошли по пути минимизации рисков в ущерб подготовке летных экипажей к войне… с предсказуемым результатом.

Согласно канонической версии мифа об «эмоциональном выхлесте» Павла Рычагова (который якобы стоил жизни и ему и десяткам других генералов и старших офицеров РККА), репрессии против руководства советских ВВС начались после того, как начальник ВВС Красной Армии Рычагов на заседании Главного Военного Совета заявил Сталину, что советские летчики якобы "летают на гробах".

Однако в недавно рассекреченных протоколах заседаний ГВС в данный период (11 декабря 1940 года, 15 и 22 апреля, 8 мая 1941 года), Рычагов даже не упоминался. Иными словами, его там просто не было… хотя вопрос об аварийности в авиационных частях действительно обсуждался. Но не на ГВС, а на Политбюро ЦК (причем, отнюдь не единожды).

В апреле 1941-го очередным поводом к обсуждению стали аварии, произошедшие в частях дальней авиации. Результатом этого обсуждения стало постановление Политбюро ЦК ВКП(б) от 9 апреля 1941 года (протокол № 30).

Виновными были признаны четверо: нарком обороны Тимошенко, начальник ВВС Красной армии Рычагов, командующий дальней авиацией Проскуров, начальник отделения оперативных перелетов штаба ВВС Миронов. Просто в силу служебного положения – вполне справедливо.

Самое суровое наказание было предусмотрено для Миронова: «… предать суду за явно преступное распоряжение, нарушающее элементарные правила летной службы».

Кроме того, Политбюро предложило (на самом деле, приказало) снять с должности и привлечь к суду генерала Проскурова. Что же касается Рычагова, то его лишь сняли с должности «как недисциплинированного и не справившегося с обязанностями руководителя ВВС». В последнем виноват сам Сталин, который назначил на одну из важнейших должностей офицера, у которого необходимого опята и знаний и близко не было.

Нарком Тимошенко и вовсе отделался выговором. Но уже 4 мая 1941 года, «одумавшись», Политбюро принимает следующее решение: «…предложить Прокурору СССР т. Бочкову в отношении генерал-лейтенанта авиации Проскурова и полковника Миронова рассмотреть их дело на суде и, имея в виду их заслуги в Красной Армии, ограничиться общественным порицанием».

Вроде бы все обошлось… однако ровно две недели спустя начался самый настоящий римейк Большой Чистки… на этот раз на три порядка меньшего масштаба и ограниченный рамками ВВС (параллельное «артиллерийское дело» - явно совершенно иная история).

Возникает естественное подозрение: что-то очень серьёзное и важное произошло между четвёртого и восемнадцатого мая 1941 года. Настолько серьёзное и важное, что Сталин безжалостно разгромил верхушку ВВС РККА, по сути, обезглавив последнее. Что едва не стоило ему поражения в Большой Войне. В экзистенциальной войне.

Первый арест, который бесспорно следует отнести к «делу авиаторов», произошел 18 мая 1941 года. Был арестован начальник Научно-испытательного полигона авиационного вооружения ВВС Красной армии полковник Шевченко.

24 мая 1941 года в кабинете Сталина прошло совещание высшего командного состава Вооруженных Сил. Присутствовали: нарком обороны Тимошенко, начальник Генштаба Жуков, начальник оперативного отдела Генштаба Ватутин, новый (после Рычагова) главком ВВС Жигарев, а также командование пяти западных военных округов в полном составе.

Примечательно, что из всего «ближнего круга» партийных руководителей, почти ежедневно бывающих в кабинете у Хозяина, на это совещание был допущен только один Молотов.

Ни протокол совещания, ни его повестка не опубликованы. Хотя, вообще-то, с того дня прошло уже 85 лет и все установленные российскими законами сроки рассекречивания давно вышли…

Известна лишь одна фраза из интервью маршала Василевского (в то время он был первым заместителем начальника Оперативного управления Генштаба):

«За несколько недель до нападения на нас фашистской Германии, точной даты, к сожалению, назвать не могу, вся документация по окружным оперативным планам была передана Генштабом командованию и штабам соответствующих военных округов…»

Трудно сказать, является ли это случайным совпадением, но после 24 мая аресты пошли один за другим.

27 мая был арестован начальник НИИ ВВС Филин (прежний начальник института комбриг Бажанов был расстрелян в 1938 году, во время Большой Чистки). 30 мая арестован Э.Г. Шахт, 1904 г.р., член ВКП(б) с 1926 года, генерал-майор авиации, помощник командующего ВВС Орловского ВО. Эрнст Генрихович, немец по национальности, родился в Швейцарии.

Приехал на «родину пролетариев всего мира», в возрасте 22 лет вступил в партию большевиков. Выучился на летчика-истребителя, воевал в небе Испании, за личное мужество и мастерство, проявленные в воздушных боях, был удостоен звания Героя Советского Союза.

В тот же день, 30 мая 1941 года арестованы нарком боеприпасов И.П. Сергеев и его заместитель А.К. Ходяков. 31 мая 1941 года арестован П.И. Пумпур, 1900 г.р., член ВКП(б) с 1919 года, генерал-лейтенант авиации, начальник Управления боевой подготовки ВВС РККА, затем — командующий ВВС Московского ВО.

Во время войны в Испании Пумпур — руководитель группы советских летчиков-истребителей, в числе самых первых удостоен звания Героя Советского Союза, награжден двумя орденами Ленина и орденом Красного Знамени.

1 июня 1941 г. арестован комдив Н.Н. Васильченко, 1896 г.р., член ВКП(б) с 1918 года, помощник генерал-инспектора ВВС Красной Армии. 4 июня 1941 года арестован П.П. Юсупов, 1894 г.р., беспартийный, генерал-майор авиации, заместитель начальника штаба ВВС РККА.

В тот же день, 4 июня 1941 года арестованы два начальника отделов Научно-Испытательного полигона авиационного вооружения ВВС Красной Армии: С.Г. Онисько, 1903 г. р., член ВКП(б) с 1923 года и В.Я. Цилов, 1896 г.р., член ВКП(б) с 1918 года, военинженер 1-го ранга.

7 июня 1941 г. арестован Г.М. Штерн, 1900 г.р., член ВКП(б) с 1919 года, генерал-полковник, начальник Управления ПВО СССР. Штерн никогда не был летчиком, он кадровый военный, в годы войны в Испании — Главный военный советник при республиканском правительстве, затем — начальник штаба и командующий Дальневосточного фронта. Герой Советского Союза, награжден двумя орденами Ленина, тремя орденами Красного Знамени, орденом Красной Звезды.

В тот же день, 7 июня арестован А.А.Левин, 1896 г.р., генерал-майор авиации, заместитель командующего ВВС Ленинградского военного округа. 8 июня 1941 года арестован Яков Смушкевич, 1902 г.р., член ВКП(б)с 1918 года, генерал-лейтенант авиации, в 1939–1941 гг. главком ВВС РККА, затем — генерал-инспектор ВВС РККА, помощник начальника Генштаба по ВВС.

Выдающийся летчик-истребитель и командир, воевал в небе Испании и Халхин-Гола, за исключительное мужество дважды удостаивался звания Героя Советского Союза (всего в СССР до начала войны было только пять дважды Героев).

9 июня 1941 года арестован А.Д. Локтионов, 1893 г.р., штабс-капитан старой русской армии, член ВКП(б)с 1921, генерал-полковник. До 1933 года он командовал стрелковыми дивизиями и 4-м стрелковым корпусом.

В 1933–1937 годах Локтионов — помощник командующего Белорусского и Харьковского военных округов по ВВС, затем — командующий Средне-Азиатским ВО. В 1938–1940 гг. он главком ВВС РККА, заместитель наркома обороны СССР, член ЦК ВКП(б), член Главного военного Совета.

Последняя должность перед арестом — командующий Прибалтийским Особым ВО (до февраля 1941 года, затем — «в распоряжении НКО»). Награжден двумя орденами Красного Знамени, орденом Красной Звезды.

17 июня 1941 г. арестован К.М. Гусев, 1906 г.р., член ВКП(б) с 1930 года, генерал-лейтенант авиации, командующий ВВС Белорусского ОВО, затем — ВВС Дальневосточного фронта.

19 июня 1941 года арестован П.А. Алексеев, 1888 г.р., член ВКП(б) с 1920 года, генерал-лейтенант авиации, начальник Главного управления авиационного снабжения РККА, затем — помощник начальника ВВС Приволжского ВО.

В воскресенье 22 июня начались известные события, но они ни в коей мере не остановили и не затормозили волну арестов. 24 июня 1941 года был арестован П.В. Рычагов, 1911 г.р., генерал-лейтенант авиации.

Летчиком-истребителем Рычагов стал в 20 лет. В октябре 1936 года в составе первой группы советских летчиков прибыл в Испанию, до февраля 1937 года эскадрилья бипланов «И-15», которой командовал Рычагов, сбила 40 самолетов фашистской авиации, из них 6 самолетов лично сбил командир эскадрильи.

31 декабря 1936 года отважному летчику и талантливому командиру присвоено звание Героя Советского Союза. Из Испании Рычагов попадает в Китай, где уже в должности командира всей советской авиагруппы воюет против японских захватчиков.

8 марта 1938 года награжден орденом Красного Знамени, а в апреле назначен командующим авиацией Приморской группы Особой Краснознаменной Дальневосточной армии.

За успешное руководство действиями ВВС в боях у озера Хасан в 1938 году награжден вторым орденом Красного Знамени. В том же году Рычагов принят в партию решением ЦК ВКП(б), без прохождения кандидатского стажа.

Во время финской войны командует ВВС 9-й армии — четвертая война и третий орден Красного Знамени. С июня 1940 года заместитель, а с августа 1940 года — главком ВВС РККА.

В тот же день, 26 июня 1941 года арестован А.П. Ионов, 1894 г.р., член ВКП(б) с 1938 года, генерал-майор авиации, командующий ВВС Северо-Западного фронта (Прибалтийского ОВО).

27 июня 1941 года арестован П.С. Володин, 1900 г.р., генерал-майор авиации. Первый раз Володина (на тот момент — начальника штаба ВВС 1-й Краснознаменной армии) арестовали в 1938 году, затем, в рамках «бериевской оттепели», выпустили на волю в 1939 году. С 11 апреля 1941 г. и по день ареста — начальник штаба ВВС РККА.

В тот же день, 27 июня 1941 года арестован И.И. Проскуров, 1907 г.р., член ВКП(б)с 1927 года, генерал-лейтенант авиации. Послужной список генерала Проскурова был необычен даже по меркам того невероятного времени.

В 1931 году, с последнего курса Харьковского института электрификации Проскуров призван в РККА, где окончил 7-ю летную школу и стал командиром экипажа тяжелого бомбардировщика.

Затем Проскуров служит летчиком-инструктором элитной Военно-воздушной академии им. Жуковского, командиром бомбардировочной эскадрильи. В числе первых Проскуров прибыл в Испанию, где за штурвалом «СБ» воюет с франкистами.

В 1937 году присвоено звание Герой Советского Союза. После Испании — командующий авиационной армии особого назначения Дальневосточного фронта. Награжден орденом Ленина, двумя орденами Красного Знамени. 14 апреля 1939 года военный летчик и авиационный командир становится начальником Разведывательного управления и (по занимаемой должности) заместителем наркома обороны.

27 июня 1940 г. Проскуров снова возвращается в авиацию, где командует ВВС Дальневосточного фронта, позднее — помощником главкома ВВС по авиации дальнего действия. На момент ареста — командующий ВВС 7-й армии.

В тот же день, 27 июня 1941 года арестован Е.С. Птухин, 1902 г.р., член ВКП(б) с 1918 года, генерал-лейтенант авиации, командующий ВВС Юго-Западного фронта (Киевского ОВО). Военную авиашколу закончил в 1929 году, летчик истребитель, командир истребительной авиабригады.

В Испании — советник республиканских ВВС, после возвращения в Союз в 1938 году назначается командующим ВВС Ленинградского ВО. Во время финской войны — командующий ВВС основного, Северо-Западного фронта.

Герой Советского Союза, награжден двумя орденами Ленина, орденом Красного Знамени и орденом Красной Звезды. В январе 1941 года Птухин назначен начальником Главного управления ПВО РККА, а затем — командующим ВВС Киевского особого военного округа.

28 июня 1941 года арестован Ф.К. Арженухин, 1902 г.р., член ВКП(б) с 1922 года генерал-лейтенант авиации. В 1927 года окончил Борисоглебскую школу военных летчиков, в 1931 году окончил Курсы усовершенствования начсостава при Военно-воздушной академии.

Командир авиаэскадрильи, старший инспектор по летной службе инспекции ВВС, начальник штаба 4-го бомбардировочного авиакорпуса. Помощник военного атташе в Испании, в 1938–1940 гг. начальник штаба ВВС РККА, затем — начальник Военной академии командного и штурманского состава ВВС. Награжден орденом Ленина, орденом Красного Знамени.

8 июля 1941 года арестован А.И. Таюрский, 1900 г.р., член ВКП(б) с 1926 года, генерал-майор авиации. Заместитель командующего ВВС Западного фронта (Западного ОВО), после гибели командующего ВВС фронта Ивана Копца (при до сих пор не выясненных обстоятельствах) вступил в исполнение его обязанностей.

По официальной версии, генерал-майор Копец застрелился в своем служебном кабинете 22 (или 23) июня 1941 года. Что, на первый взгляд, в высшей степени странно – ибо Герой Советского Союза, кавалер ордена Ленина и ордена Красного Знамени, участник двух войн (испанской и финской) 34-летний генерал Иван Копец о последнего дня он оставался летающим летчиком – обычное дело для высшего комсостава ВВС РККА (как и люфтваффе).

Большую часть времени проводил на вверенных ему аэродромах, на которые Копец не приезжал на полагавшемуся ему ЗИСе, а прилетал на личном штабном истребителе «И-16». Да и звание Героя Советского Союза командир эскадрильи И.И. Копец получил не в подарок «к юбилею», а за личное мужество, проявленное в небе Мадрида.

Для человека с такой биографией и таким характером гораздо естественнее было бы свести счеты с жизнью — если бы такое намерение на самом деле возникло — в воздухе, в кабине боевого самолета, прихватив с собой нескольких врагов.

Все становится на свои места, если только предположить, что причиной самоубийства был вовсе не шок от неудачного (о чем в полдень первого дня войны никто еще и не знал!) начала боевых действий.

Вероятнее всего, 22 (или 23) июня 1941 г. за командующим авиации фронта приехали. Приехали люди с горячими сердцами, «друзья народа». Вот в таком случае единственным способом уклониться от «следствия» и неправого суда оставалась одна только пуля в висок… ибо сесть в самолёт он уже не успевал.

12 июля 1941 года арестован Н.А. Ласкин, 1894 г.р., беспартийный, генерал-майор авиации, начальник штаба ВВС Юго-Западного фронта.

На первый (и поспешный) взгляд аресты, произведенные после 22 июня, могли быть связаны с расследованием причин и поиском виновных в разгроме советской авиации, однако в материалах дела, приговорах и «обвинительной справке» Берии (от 29 января 1942 г.) события войны даже не упомянуты!

Командиры ВВС западных округов (Ионов, Птухин, Таюрский, Ласкин) – в точности, как и авиационные генералы, арестованные до 22 июня, – «уличаются показаниями» расстрелянных в 1937–1938 годах Белова, Урицкого, Бергольца, Уборевича. Им вменяются в вину «участие в правотроцкистском заговоре» и даже «шпионаж» в пользу почти уже несуществующей Франции. Завербовались они в шпионы якобы кто в 1938-м, а кто (Птухин) так и в 1935 году.

Тут надо уточнить, что одновременно с этими событиями раскручивалось грандиозное дело об «антисоветском заговоре» в Главном артиллерийском управлении РККА (были арестованы и расстреляны заместитель начальника управления генерал-майор Г. К. Савченко и его заместители, многие конструкторы артиллерийских систем), а после 22 июня - еще и дело "группы Павлова" (генералов из числа командования Западного фронта, назначенных "козлами отпущения" за катастрофу первых дней войны).

Итоги большой работы, проведенной чекистами за неполных два месяца, грандиозны. Были арестованы:

заместитель наркома обороны, бывший начальник Генштаба РККА (Мерецков);

нарком вооружений (Ванников);

нарком боеприпасов (Сергеев);

трое бывших командующих ВВС Красной армии (Локтионов, Смушкевич, Рычагов);

начальник Главного управления ПВО СССР (Штерн);

помощник главкома ВВС по авиации дальнего действия (Проскуров);

начальник штаба ВВС РККА и его заместитель (Володин и Юсупов);

командующий ВВС Дальневосточного фронта (Гусев);

заместитель командующего ВВС Ленинградского ВО (Левин);

командующий ВВС Северо-Западного фронта (Ионов);

командующий ВВС Западного фронта (Таюрский);

командующий ВВС и начальник штаба ВВС Юго-Западного фронта (Птухин и Ласкин);

командующий ВВС Московского ВО (Пумпур);

помощник командующего ВВС Орловского ВО (Шахт);

помощник командующего ВВС Приволжского ВО (Алексеев);

начальник Военной академии командного и штурманского состава ВВС (Арженухин);

начальник НИИ ВВС (Филин);

начальник НИП авиационных вооружений (Шевченко).

Были еще десятки других командиров, инженеров, управленцев, которые были арестованы и убиты в рамках «дела авиаторов».

Двое из арестованных по этим делам были выпущены на свободу: Ванников и Мерецков. Остальные - расстреляны в три приема.

22 июля 1941 года расстреляли всех армейских генералов "группы Павлова". С ними расстрелян и С.А.Черных, генерал-майор авиации, Герой Советского Союза. Он - единственный из авиационных генералов, в чьем приговоре хотя бы мельком указана связь расстрела с реальными событиями - разгромом 9 САД в начале войны.

28 октября 1941 года в лесу под Куйбышевым (который тогда неофициально стал "запасной столицей" СССР) была расстреляна вторая часть арестованных по этим делам:

Штерн Григорий Михайлович, генерал-полковник, начальник Главного управления ПВО Наркомата обороны СССР.

Локтионов Александр Дмитриевич, генерал-полковник, с 1940 года – командующий войсками Прибалтийского военного округа.

Смушкевич Яков Владимирович, генерал-лейтенант авиации, помощник начальника Генерального штаба РККА по авиации.

Савченко Георгий Косьмич, генерал-майор артиллерии, заместитель начальника Главного артиллерийского управления РККА.

Рычагов Павел Васильевич, – генерал-лейтенант авиации, заместитель наркома обороны СССР.

Нестеренко Мария Петровна, майор авиации, заместитель командира полка особого назначения, жена Павла Рычагова.

Сакриер Иван Филимонович, дивизионный инженер, заместитель начальника вооружения и снабжения Главного управления ВВС РККА.

Засосов Иван Иванович, полковник, ВРИО председателя артиллерийского комитета Главного артиллерийского управления РККА.

Володин Павел Семенович, генерал-майор авиации, начальник штаба ВВС РККА.

Проскуров Иван Иосифович, генерал-лейтенант авиации, начальник штаба ВВС РККА.

Склизков Степан Осипович, бригадный инженер, начальник Управления стрелового вооружения Главного артиллерийского управления РККА.

Арженухин Федор Константинович, генерал-лейтенант авиации, начальник Военной академии командного и штурманского состава ВВС РККА.

Каюков Матвей Максимович, генерал-майор, генерал-адъютант при заместителе наркома обороны СССР.

Соборнов Михаил Николаевич, военинженер 1-го ранга, начальник опытного отдела Технического совета Наркомата вооружения СССР… и другие фигуранты «дела авиаторов». и др.

Расстрел 28 октября достаточно уникален даже для сталинских времен: он не был оформлен никаким судебным или даже квази-судебным решением. Основанием для расстрела послужило, как указано в акте о приведении приговора в исполнение, «предписание Народного комиссара внутренних дел СССР Генерального комиссара государственной безопасности тов. Берия Л.П. от 18 октября 1941 года за № 2756/6».

Разумеется, этот расстрел не мог быть осуществлен без ведома Сталина. Еще пять человек из того же предписания были расстреляны в течение ближайших дней в Саратове и Тамбове.

Судьба самой большой группы арестованных была решена 29 января 1942 года. Сов. секретная справка, которую Лаврентий Берия подал Сталину 29 января 1942 года, содержит список из 46 арестованных, которых не успели еще расстрелять к тому времени.

Сталин лично начертал на списке арестованных: «Расстрелять всех поименованных в списке». 13 февраля 1942 года Особое совещание НКВД СССР оформило волю «вождя» постановлением о смертном приговоре.

В обвинениях, предъявленных арестованным генералам, нет ничего конкретного, нет ни одного факта, ни одного документа, ни одного реального события, нет мотива совершения столь страшного преступления, нет сообщников «на той стороне фронта», которым мнимые «шпионы» передавали секретные сведения. Нет ничего, кроме шаблонных фраз: «…уличается как участник антисоветского военного заговора показаниями» Петрова и Сидорова.

Против фамилии условного Сидорова будет написано: «…уличается показаниями Иванова и Петрова». Более того, сплошь и рядом появляются примечания:

«От показаний отказались». И более того: рядом с тремя фамилиями: начальника НИИ ВВС А.И.Филина, командующего ВВС Дальневосточного фронта К.М.Гусева, начальника штаба ВВС Юго-Западного фронта Н.А.Ласкина – сказано: "не сознался"!

Молодых, тридцати- и сорокалетних генералов, записавшихся в партию большевиков-ленинцев в возрасте 18–20 лет, расстреляли 23 февраля 1942 года. В День Красной армии. В тот самый момент, когда стране были позарез нужны опытные летчики и авиационные командиры.

 

Дело авиаторов. Повторение пройденного

Так называемое «авиационное дело» 1946 года действительно было римейком «дела авиаторов» пятью годами раньше и (хотя и несопоставимо более мягкой и на порядки менее масштабной) реинкарнацией Большой Чистки 1937-38 годов.

Мотивы были те же… только на этот раз несколько более обоснованные. Сталин (не без оснований, ибо исторических прецедентов было… много) опасался, что у маршалов-победителей (в первую очередь, у их неформального лидера Георгия Жукова) вполне может возникнуть такое «головокружение от успехов», что они захотят сами «порулить» страной, ликвидировав Хозяина. О котором, по данным агентуры, они отзывались весьма нелицеприятно (было за что).

Поэтому неудивительно, что Красный Тамерлан решил нанести превентивный удар почти сразу же после окончания Великой войны – ещё и года не прошло.

Предлог для новых репрессий был очевиден – в погоне за валом (ВВС, как и вообще РККА, были способны воевать только числом - с умением у них было очень плохо) советский авиапром отправлял на фронт дефектную авиатехнику в колоссальных количествах.

С предсказуемым результатом – согласно поступавшим с фронта данным, из примерно 80 тысяч потерянных самолётов почти половина были потеряны из-за технических неполадок, а не вражеского огня или ошибок летчиков.

Насколько надёжной была эта статистика, сказать трудно – гораздо проще списать потери на заводские дефекты, чем признать катастрофически низкую подготовку пилотов (в которой тоже царил пресловутый вал) и просто космическое превосходство люфтваффе в первую очередь, в квалификации лётчиков (да и техника по многим показателям у немцев была существенно лучше).

А к концу войны неожиданно выяснилось катастрофическое (ибо от уже точно неизбежного нового противника, что вскоре подтвердилось в Корее) отставание от англо-американцев по всем типам самолётов. А некоторых – стратегических бомбардировщиков, высотных истребителей, реактивной авиации – у СССР просто не было (небо Москвы защищали трофейные FW-190 и Та-152).

Срочно было нужно найти козлов отпущения… которые и были найдены. Закопёрщиком «авиационного дела» (какая неожиданность) стал сын Хозяина – Василий Сталин (комдив и новоиспечённый генерал-майор авиации). По отзывам, неплохой лётчик – но не более того.

Василий письменно донёс (это был именно донос) отцу, что в авиационных строевых частях «бьётся много лётчиков», а происходит это потому, что командование ВВС принимает от авиапромышленности дефектные истребители Як-9 (как будто у командования был выбор).

 

Чтобы усилить давление на отца, Василий Сталин решил подкрепить выдвинутые против командующего ВВС Новикова обвинения мнением авторитетного авиаконструктора Яковлева, создателя самого массового самолёта Второй мировой войны – Як-1/7/9/3 (это были модификации одного и того же истребителя – весьма неплохого конструктивно),

Который был к тому же в фаворе у Сталина. 6 сентября 1945 года (сразу же после официального окончания Второй мировой войны), Яковлев направил Сталину докладную записку, в которой, выразив серьёзную тревогу по поводу отставания СССР от США в развитии реактивной и дальней авиации, обвинил в этом главу наркомата авиапромышленности Шахурина.

Обвинение было, как бы это помягче сказать, несколько необоснованным, ибо соответствующие стратегические решения принимал лично Сталин. Но последний был непогрешим по определению… что и решило участь наркома и его высокопоставленных «подельников».

В начале апреля 1946 года были арестованы нарком авиационной промышленности Шахурин, командующий ВВС Новиков, заместитель командующего, главный инженер ВВС, Репин, член Военного Совета ВВС Шиманов, начальник ГУ заказов ВВС Селезнёв и другие.

В нарушение даже тогдашнего советского законодательства, санкция прокурора на их арест была получена только спустя 17 суток после их фактического ареста… впрочем, такие мелочи, как соблюдение советских законов, Сталина никогда не беспокоили. И не интересовали.

Из подсудимых выбивали не только и не столько признание в преступной халатности (которое не надо было выбивать – доказательств было выше крыши), сколько компромат на «маршала Победы». Жукова. Вопросы о состоянии ВВС были только ширмой для в чистом виде политического дела.

Впрочем, на самом деле, не выбивали – вполне хватило чисто психологической пытки лишением сна. Генерал-полковник Репин впоследствии вспоминал:

«С первого дня ареста мне систематически не давали спать. Днём и ночью я находился на допросах и возвращался в камеру в 6 часов утра, когда в камерах тюрьмы уже был подъём.

После трёх дней такого режима я засыпал стоя и сидя, но меня тотчас же будили. Лишённый сна, я через несколько дней был доведён до такого состояния, что был готов дать какие угодно показания, лишь бы мучения закончились…»

8 мая 1946 года дело поступило в Военную коллегию Верховного Суда СССР и было назначено к слушанию 10 мая «в закрытом заседании без участия обвинения, защиты и без вызова свидетелей». Обычное дело в те времена.

Уже 11 мая подсудимые были признаны виновными в том, что «протаскивали на вооружение ВВС заведомо бракованные самолёты и моторы крупными партиями и по прямому сговору между собой, что приводило к большому количеству аварий и катастроф в строевых частях ВВС, гибели лётчиков».

Что было чистой правдой (собственно, подсудимые свою вину и не отрицали – ибо бессмысленно)… однако делалось всё это по прямому приказу Сталина, который умел воевать только закидывая врага железяками и забрасывая трупами (по самолётам соотношение потерь было 6:1 в пользу люфтваффе; по личному составу – тоже примерно 6:1 в пользу вермахта и его союзников).

Приговор оказался на удивление мягким - Военная коллегия Верховного суда СССР приговорила Шахурина «всего лишь» к семи годам тюремного заключения, Репина — к шести годам, Новикова — к пяти годам, Шиманова — к четырём годам, Селезнева — к трём годам, Будникова и Григорьяна — к двум годам каждого.

Сталин получил что ему было нужно - 9 июня 1946 года Жуков был снят с должности Главкома сухопутных войск — замминистра Вооружённых Сил СССР и назначен командующим войсками Одесского военного округа.

Сроки были на удивление небольшие, поэтому подсудимые их отбыли полностью. Документы на реабилитацию Шахурина, Новикова и других участников этого дела были подготовлены, подписаны и направлены в ЦК КПСС Лаврентием Берией (вопреки распространённому заблуждению, не имевшим никакого отношения к «авиационному делу») 26 мая 1953 года, вскоре после смерти Сталина.

29 мая 1953 года Военной Коллегией Верховного Суда СССР дела репрессированных были пересмотрены и все приговоры были отменены. Все обвиняемые были реабилитированы, а их дела прекращены за отсутствием в их действиях состава преступления.

Что было чисто политическим решением – виновны они (в отличие от подавляющего большинства жертв сталинского террора) были по самые уши. Тем не менее, 12 июня 1953 года на заседании Президиума ЦК КПСС было решено восстановить всех бывших арестованных по «авиационному делу» в КПСС, в наградах и в воинских званиях.

Во всей этой истории незамеченным остался один вроде бы не относившийся к делу факт. 3 июня 1943 года 15-летний сын Шахурина Владимир застрелил дочь посла Константина Уманского 15-летнюю Нину и затем застрелился сам.

Проведённое расследование, получившее название Дело Волчат, привело к настолько шокирующим результатам, что дело получило наивысший гриф секретности и навсегда исчезло в личном сейфе Лаврентия Берии.

Константин Уманский погиб 25 января 1945 года в авиакатастрофе во время перелёта на церемонию вручения верительных грамот президенту Коста-Рики… 

Дело авиаторов. Великий самозванец

Этого человека те (на удивление, немногие), кому известно о его существовании, не без основания считают величайшим самозванцем ХХ столетия… и, возможно, не только.

Арменак Артёмович Ханферянц (это его настоящие ФИО) родился 7 января 1902 года в Нагорном Карабахе (армянском анклаве в Азербайджане) в селе Мец Таглар Шушинского уезда Елизаветпольской губернии. Отец Арменака умер в 1908 году, оставив вдову с тремя сыновьями.

Нищета в семье была кромешной, поэтому неудивительно, что, как только ему исполнилось 15 лет (в те времена в тех местах возраст де-факто совершеннолетия), Арменак ушёл из дома. Добрался до Баку, где поступил на работу на нефтепромыслы учеником телефониста-монтёра.

Про следующие примерно пять лет его биографии можно с уверенностью сказать дело ясное, что дело тёмное. Очень тёмное. Слухи о его якобы знакомстве со Сталиным чушь полная – ибо в 1917 году Арменак жил в Баку, а Сталин – уже в революционном Петрограде.

Как и о его якобы участии в выпуске газеты «Искра», которая была закрыта в 1905 году. Действительно, в сентябре 1917 года газета снова начала выходить… но уже в Петрограде. Это была газета меньшевиков-интернационалистов – поэтому в декабре 1917 года она была закрыта большевиками.

В феврале 1918 года Арменак вступил в Красную Армию и в том же году… превратился в Сергея Александровича Худякова. При каких обстоятельствах произошло это впечатляющее превращение, точно неизвестно.

По одной из версий, при эвакуации из Баку в Астрахань пароход, на котором находился Ханферянц, был потоплен английской канонерской лодкой, и не умевшего плавать Ханферянца спас его друг Сергей Худяков, командир конного отряда разведки.

Позднее во время рейда в тылу белоказаков смертельно раненый Худяков передал командование Ханферянцу, и тот с оружием Худякова в руках, в его одежде вывел отряд из окружения. После этого Ханферянц принял фамилию и имя погибшего Сергея Худякова.

Эта версия на правду непохожа от слова совсем, ибо совершенно непонятно, зачем Арменаку менять фамилию – да ещё и на русскую (армяне традиционно трепетно относятся к своей культуре, которая на тысячелетия древнее русской)

Согласно другой версии, Ханферянц назвался русской фамилией, когда попал в плен к азербайджанцам и (обоснованно, ибо в сентябре 1918 года в Баку имела место дикая резня армян) опасался, что его убьют как армянина. Но где это произошло и при каких обстоятельствах, неясно совсем…

Дальнейшая официальная биография новоиспечённого Худякова хоть и туманна, но похожа на правду. Он активно участвовал в Гражданской войне — защищал Царицын, командовал пехотным взводом, а завершил войну командиром эскадрона на Закавказском фронте после установления там Советской власти.

В 1922 году Худяков окончил 2-е кавалерийские курсы усовершенствования командного состава в Тифлисе; в 1924 году вступил в ВКП(б). с 1924 года работал начальником полковой школы (неплохо для 22-летнего красного офицера), а в 1928-1931 годах служил начальником штаба червонно-казачьего кавалерийского полка в Изяславе (ныне Хмельницкой области Украины).

Как его занесло в авиацию (особенно как он научился летать - да ещё так летать), неясно. В 1936 году, блестяще окончив командный факультет Военно-Воздушной Академии РККА имени Жуковского, Худяков был направлен в Белорусский военный округ на должность начальника оперативного отделения штаба авиабригады. В 1937 году стал начальником оперативного отделения штаба ВВС, а в 1938 году — начальником тыла управления ВВС. Штабист, короче.

Начало Операции Барбаросса застало уже полковника Худякова в должности начальника штаба ВВС Западного Особого военного округа. Он был участником битвы за Москву — уже в должности командующего ВВС Западного фронта.

В 1942 году по проекту уже генерал-майора Худякова Ставкой Верховного Главнокомандования было принято решение о создании вместо военно-воздушных сил фронтов воздушных армий.

Это новшество давало возможность, сконцентрировав под единым началом командующего воздушной армией всю фронтовую авиацию, наносить удар на нужном участке фронта.

После этого Худяков получил назначение начальником штаба ВВС Красной Армии, а через месяц, 18 июня 1942 года, принял командование 1-й воздушной армией Западного фронта.

В 1943 генерал-полковник Худяков координировал боевые действия авиации Воронежского и Степного фронтов в Курской битве и в битве за Днепр.

После Курской битвы Худяков взял с собой на фронт сына Виктора, что стало катастрофической ошибкой. Под Харьковом при налёте на аэродром вражеской авиации 14-летний мальчик погиб. Его тело доставили в Москву и похоронили на Новодевичьем кладбище.

 

Подчинённый Худякова полковник Вениамин Малафеев вспоминал:

«Сергей Александрович был прирождённым летчиком. Он обладал всеми качествами пилота: решительностью, смелостью, находчивостью, отвагой, мужеством. В какой бы сложной обстановке он ни находился, никогда не терялся и быстро находил правильное решение.

До конца своей службы не бросал летной практики, несмотря на свою занятость по службе, ответственные посты, высокое звание. Сергей Александрович обладал прекрасными штурманскими способностями и абсолютной зрительной памятью. Стоило ему лишь раз пролететь по какому-то маршруту, в следующий раз он мог лететь без карты.

Не имея никаких инструкций, маршал авиации Худяков за четыре дня самостоятельно изучил и освоил новый американский боевой истребитель «Кингкобра». Видавшие виды и бывалые летчики высказывали мнение о том, что только высокоодаренные летчики вылетают самостоятельно на новом самолёте без тренировочных полетов с инструктором»

В августе 1944 года Худяков стал начальником штаба и заместителем командующего ВВС Красной Армии, координировал действия авиации в битве за Днепр. Блестяще проявил себя в Ясско-Кишиневской операции. 19 августа 1944 года Указом Президиума Верховного Совета СССР ему было присвоено звание маршала авиации.

В феврале 1945 года в составе советской делегации Худяков в качестве советника по авиации участвовал в работе Ялтинской конференции Большой тройки, проявив себя как полководец, превосходно знающий не только советскую авиацию, но и авиацию союзников и гитлеровской Германии. На официальном фото Большой тройки Худяков стоит за спиной Сталина.

В марте 1945 года приказом Верховного Главнокомандующего Худяков был назначен командующим 12-й воздушной армией, входившей в состав Забайкальского фронта.

В последующем, приняв командование военно-воздушными силами Дальневосточного военного округа, сражавшимися против войск императорской Японии, активно участвовал в разработке уникальной воздушно-десантной операции, во время которой был взят в плен император Маньчжоу-Го Пу И (последний китайский император).

В 1945 году Худяков организовал высадку десанта в Маньчжоу-го, арестовал императора и захватил золотой запас Маньчжурии. Однако при транспортировке этого запаса и других трофеев один из двух самолётов на пути в Москву вместе с золотом бесследно исчез. С предсказуемыми последствиями для Худякова.

14 декабря 1945 года Худяков был арестован в Чите и доставлен в Москву, где ему было предъявлено обвинение по статье 58-1 «б» УК РСФСР (измена Родине). Неясно, на каком основании… видимо, стали известны его настоящие ФИО – и этого оказалось достаточно.

Параллельно с этим расследовалась его причастность к присвоению трофейного имущества и ценностей с исчезнувшего самолёта. Следствие по делу длилось более четырёх лет и закончилось лишь в 1949 году.

18 апреля 1950 года Худяков был приговорён к высшей мере наказания — расстрелу с конфискацией имущества, и в тот же день расстрелян. Прах захоронен в общей могиле на Донском кладбище.

13 января 1951 года его жена Варвара Петровна Худякова с малолетним сыном Сергеем были арестованы как члены семьи изменника Родины и высланы в Красноярский край — в деревню Глинная Тасеевского района.

В эти же дни из рядов Советской армии был уволен, а затем особым решением отправлен в ссылку лейтенант Владимир Худяков — приёмный сын маршала, получивший при усыновлении его фамилию и отчество.

В соответствии с Указом Президиума Верховного Совета СССР от 27 марта 1953 года об амнистии, семье Худяковых разрешили вернуться в Москву из ссылки в Красноярском крае.

В августе 1954 года в Главной военной прокуратуре началось надзорное рассмотрение материалов дела Худякова. В этом служебном документе впервые назывались настоящие фамилия, имя и отчество маршала.

При повторном рассмотрении дела Военной коллегией Верховного суда было установлено, что обвинение Худякова-Ханферянца никакими объективными данными не подтверждено.

18 августа 1954 года Военная коллегия Верховного Суда СССР постановила: приговор от 18 апреля 1950 года в отношении Худякова Сергея Александровича, он же Ханферянц Арменак Артемович, отменить по вновь открывшимся обстоятельствам и дело о нём за отсутствием состава преступления прекратить.

Указом Президиума Верховного Совета СССР от 6 июля 1965 года реабилитированный по решению суда Худяков был посмертно восстановлен в воинском звании маршала авиации и в правах на награды. Чуть позже партийная комиссия при Главном политуправлении Советской Армии и ВМФ восстановила маршала авиации Худякова в рядах партии.

Такова официальная версия биографии Арменака Артёмовича Ханферянца … реальная же (как это нередко бывает) оказалась несколько иной. Ключевую роль в которой (точнее, в её послевоенной составляющей) сыграли Общество Чёрного Солнца, инфернальный Отряд 731… и золото богини Аматэрасу.

Дело авиаторов. Глаза и уши

30 марта 1941 года

Берлин, Великогерманский рейх

На совещании 30 марта Колокольцев были не только глазами и ушами рейхсфюрера СС, но и его личным стенографистом… в некотором роде.  Ибо подготовил для Гиммлера конспект наиболее важных (по мнению Колокольцева) заявлений фюрера. Разумеется, дополнив его своими комментариями.

-----------------------------------------------------------------------------------

«Обзор положения после допущенной Англией 30 июня 1940 года ошибки, заключавшейся в отказе от представившейся возможности заключить мир»

С кочки зрения Колокольцева, это утверждение было более, чем спорным. Ибо благодаря совместной работе над «делом Рудольфа Гесса» с начальником МИ-6 (службы внешней разведки Великобритании) полковником Стюартом Мензисом, он был в курсе долговременной стратегии Черчилля сотоварищи.

Которая состояла в том, чтобы руками Сталина ликвидировать режим Гитлера… и при этом настолько ослабить большевистский СССР, чтобы он перестал представлять собой экзистенциальную угрозу для Соединённого Королевства.

Альтернативой было немедленное заключение мира с Гитлером…  а впоследствии и военного союза. С целью уничтожения «красного колосса», представлявшего собой экзистенциальную угрозу и Германии, и Великобритании.

С точки зрения Колокольцева, это была более предпочтительная стратегия (хотя и весьма рискованная – Сталин вполне мог успеть ударить по Германии сразу же после заключения мира, не дожидаясь присоединения Соединённого Королевства к Антикоминтерновскому пакту и последующего удара по СССР).

Однако совершенно неприемлемая для британских элит, европейская политика которых столетия строилась на умелом стравливании Германии (ранее, Пруссии) и Франции и, таким образом, обеспечении баланса сил на континенте.

«Острая критика итальянской дипломатии и военного руководства»

И это было ещё очень мягко сказано. Ибо с такими союзниками, как Муссолини – и вообще Италия – никаких врагов не надо. В силу чудовищной некомпетентности и коррумпированности итальянских генералов и офицеров сверху донизу – и категорического нежелания страны воевать (ни военных, ни гражданских).

«Англия возлагает свои надежды на Америку и Россию».

На СССР и США – именно в такой последовательности. Правительство Его Величества намеревалось использовать советское пушечное мясо; горы не ахти какого, но всё же вполне работоспособного советского оружия… и практически безграничных поставок из США по ленд-лизу. С последующим неизбежным вступлением США в войну (как это произошло в Первую Великую войну) – и столь же фатальными последствиями для Германии.

Колокольцев пытался объяснить Мензису, что это очень, очень плохая идея. Ибо и Сталин, и Рузвельт, и вообще американские элиты (мнение элит советских никто не спрашивает), хоть и по разным причинам, но хотят одного и того же.

Ликвидировать (раздербанить, если выражаться уличным языком) великую Британскую империю.  Грамотно натравив на колонии оной… правильно, Страну Восходящего Солнца. Защитить от которой свои заморские владения Британия не сможет, ибо завязла в войне с Гитлером, а для войны на два фронта у Соединённого Королевства элементарно не хватит сил.

«Максимальный уровень производства в США будет достигнут только через четыре года»

Колокольцев не был экспертом по США, однако от своих ирландских партнёров (у которых были очень серьёзные связи в Нью-Йорке и не только), знал, что фюрер чудовищно недооценивает производственные возможности Штатов. Которых с лихвой хватит одновременно на две войны – и в Европе, и на Дальнем Востоке… и ещё на пару войн чуть меньшего масштаба.

«Роль и возможности России: Обоснование необходимости военного разрешения русской проблемы»

А вот это уже была епархия Колокольцева. Для которого всё было понятно: большевистский (с приставкой иудео- он был категорически и обоснованно не согласен) СССР был красной реинкарнацией Российской империи.

И потому действительно экзистенциальной угрозой человеческой цивилизации. Ибо у большевиков было достаточно ресурсов для оккупации всего мира с последующим уничтожением человеческой цивилизации и превращением оной в глобальное тоталитарное государство – Всемирный Союз Советских Социалистических Республик. Земшарию.

Которая очень быстро станет самым настоящим Адом на Земле – спросите жертв Красного террора, расказачивания, раскулачивания, Голодомора, Большой чистки и прочих серийных массовых убийств (демоцида и геноцида).

«Наши задачи в отношении России — разгромить её вооруженные силы, уничтожить [большевисткое] государство»

С этим Колокольцев был согласен чуть более, чем полностью – это был единственный способ спасти человеческую цивилизацию от уничтожения большевистскими ордами, а наш мир – от превращения в Ад на Земле.

«Высказывание о русских танках (заслуживают уважения). 47-мм пушка, неплохие тяжёлые танки, но в своей массе — устаревшие типы. По численности танков русские сильнее всех в мире, однако они имеют лишь небольшое количество новых гигантских танков с длинноствольной 105-мм пушкой (танки-колоссы весом в 42-45 тонн)»

Колокольцев не был экспертом в области чисто военной разведки – его епархией была разведка политическая и экономическая. Однако (спасибо агентам абвера и Аусланд-СД на территориях, аннексированных СССР в 1939-40 годах), он доподлинно знал, что фюрер, мягко говоря, неадекватно воспринимает советские панцерваффе… точнее, их матчасть.

Основными танками РККА были Т-26 и БТ, вооружённые 45-миллиметровыми пушками. Танки не были устаревшими, за исключением слабого бронирования, которое было сознательно принесено в жертву скорости – их разрабатывали для быстрого продвижения по почти идеальным дорогам Европы.

Имелись и танки-колоссы (по мнению аналитиков абвера, как раз примерно такого веса) … только вооружённые на вид 76-миллиметровой пушкой. А также более лёгкие (точнее, средние) танки с примерно такой же пушкой.

Ходили слухи о сверхтяжёлых танках, вооружённых чудовищной 152-мм пушкой (для прорыва мощных оборонительных линий), однако убедительных доказательств их существования не было ни у абвера, ни у Аусланд-СД.

«Русская авиация велика по количеству, но многие её самолёты — устаревших типов, и лишь незначительное число — современные машины»

С весьма профессиональной кочки зрения Колокольцева (Рыцарский крест за 45 сбитых самолётов в небе Норвегии, Франции и Бельгии), это было очень опасное заблуждение. Ибо те же агенты доносили о большом количестве вполне современных самолётов ВВС РККА (на вид аналогичных Bf-109, Ju-87, Ju-88, Do-17/217 и Не-111), переброшенных в западные военные округа СССР.

«Русские не выдержат массированного удара танков и авиации».

Танков, авиации, пехоты и артиллерии – если быть более точным. Колокольцев был согласен, что не выдержат… если удастся нейтрализовать советскую авиацию – истребительную, бомбардировочную и штурмовую.

А если не удастся… что было совершенно не исключено, то провал блицкрига гарантирован уже в первые недели… если не дни. С катастрофическими последствиями для рейха, Европы и человеческой цивилизации.

Этого никак нельзя было допустить. Поэтому сразу же после окончания совещания он подошёл к начальнику разведки люфтваффе полковнику Шмиду:

«Мне нужно с тобой поговорить. Прямо сейчас. Дело чрезвычайной важности»