16 ноября 1941 года
Киллили, Ирландия
Улла Молуни с первых минут пребывания в приюте Хай-Парк знала, что она не вернётся в мир и что всю оставшуюся жизнь проведёт в стенах этого… заведения. Не знала только, как долго ей осталось и чего она больше хочет – цепляться за жизнь или позволить этим… сестричкам Христовым свести её в могилу.
Приказ настоятельницы о переводе в другой приют (в какой именно, ей не сообщили), она восприняла совершенно спокойно. Ибо один приют был ничем не лучше и не хуже другого… за исключением приюта в Киллили.
Ибо – по слухам – оттуда не возвращались (Уллу такая же судьба ждала в любом другом приюте, поэтому это её не беспокоило) и долго не протягивали - причём смерть, по слухам, могла быть совершенно ужасной.
Ни то, ни другое Уллу не пугало – в последнее время она склонялась к тому, что чем раньше, тем лучше… и что лучше уж ужасный конец, чем ужасы повседневной жизни (которая и не жизнь вовсе) в приюте в течение десятилетий.
Её привезли именно в приют в Киллили, что её не сказать, чтобы уж очень удивило. Ибо она была нежеланной никем – не вписалась в патриархально-католическое общество, а такие (по слухам) скорее раньше, чем позже оказывались именно в Киллили.
В приют её привезла незнакомая ей (впрочем, круг её знакомств был весьма ограничен) сногсшибательно красивая блондинка в совершенно не подходившем для неё облачении монахини.
Она же привела её в небольшой кабинет, в котором Улла с изумлением увидела стол, заставленный такими яствами, которые девушка раньше не то, что не пробовала – даже не видела.
К великому изумлению Уллы, блондинка махнула рукой в сторону стола:
«Угощайся». Улла и до приюта питалась не ахти (семья была небогатой весьма, поэтому при первой же возможности избавилась от лишнего прожорливого – по мнению её родителей - рта), а уж в приюте… говорят, в немецких концлагерях кормили гораздо лучше. Поэтому на еду просто набросилась.
Когда она насытилась… точнее, сполна насладилась едой, блондинка представилась: «Я Марта… точнее, сестра Марта… можешь называть меня и так, и так – мне без разницы…»
Улла изумлённо посмотрела на неё – ибо подобные… вольности были совершенно немыслимы в до невозможности жёстком и формальном мире монахинь.
Марта невозмутимо продолжала: «Я временная настоятельница приюта – предыдущая администрация в полном составе в данный момент даёт показания… точнее, чистосердечное признание в бесконечных своих преступлениях…»
От такого откровения у Уллы аж глаза на лоб полезли. Марта вздохнула:
«Думаю, тебе будет интересно и полезно узнать историю… этого места».
Девушка машинально кивнула… и Марта рассказала ей историю Места Силы со времён друидов до сегодняшнего дня. В прямом смысле сегодняшнего…
Как ни странно, эта феерия Уллу не особо удивила. Она прокомментировала услышанное очень спокойно:
«Несмотря на запреты, я тайком читала антикатолическую литературу. И английских протестантов… и французских атеистов и кальвинистов… благо свободно владею французским… монахини в школе постарались».
Сделала небольшую паузу – и продолжила: «Такого, как Вы рассказали, там, конечно, не было… но достаточно близко, чтобы в Ваш рассказ поверить…»
Марта удивлённо кивнула – и продолжила: «Всё это в прошлом. Прачечная будет ликвидирована, оборудование продано…»
«А этот приют превратится в филиал приюта Святой Екатерины?» - к величайшему изумлению Марты, осведомилась девушка.
«С чего ты взяла?» - несколько растерянно спросила Марта. Улла ответила:
«Я вспомнила, где я видела такое облачение, как у Вас. К нам приезжали монахини Общества, отбирали девушек к себе. Со мной даже не разговаривали… ибо им нужны таланты, а я самая обычная простая девушка…»
Марта никак на это утверждение не отреагировала. Просто продолжила: «В отличие от всех прочих приютов, мы строго соблюдаем принцип добровольности. Все ограждения и всё такое прочее уже ликвидированы – ты можешь покинуть приют в любой момент, без объяснения причин…»
Улла покачала головой и грустно вздохнула: «Мне некуда идти…»
«Тогда у тебя три варианта» - проинформировала её Марта. «Филиал Острова Свободы… так в просторечии именуют приют Святой Екатерины…»
Девушка кивнула: «Слышала краем уха». И покачала головой: «Не мой вариант – у меня просто нет необходимых талантов…». Марта продолжала:
«… Зелёный Хайдерлагер…». Улла изумлённо посмотрела на неё. Блондинка объяснила. Улла снова покачала головой:
«Аналогично – я бесконечно далека от какой-либо мистики… да и к религии не особо близка, несмотря на старания моих набожных родителей, нашего приходского священника и монахинь в школе и в приюте Магдалины… так что остаётся третий вариант…»
Марта озвучила. Девушка внимательно выслушала, немного подумала – и кивнула: «Да, наверное, это самый лучший вариант. Я читала, что некоторые преступники требовали – и добивались – замены пожизненного заключения на смертную казнь, даже весьма жестокую…»
Запнулась, немного помолчала – и продолжила: «… ибо для многих лучше… намного лучше даже ужасный конец, чем ужас без конца… и для меня, наверное, тоже намного лучше…»
Глубоко вздохнула – и продолжила: «Что касается христианских мучениц… да, я всегда восхищалась их мужеством, стойкостью и силой их веры… хотя для меня они никогда не были образцом для подражания. С другой стороны…»
Она снова запнулась, немного помолчала и продолжила: «Я всегда хотела принести хоть какую-нибудь пользу этому миру – и если это единственный способ, то я его принимаю». И спокойно-уверенно добавила: «Я готова»
После чего предсказуемо осведомилась: «Как я должна умереть?»
«А ты как думаешь?» - вопросом на вопрос ответила Марта. Улла вздохнула:
«Как Спаситель на Голгофе? Порка с последующим распятием?». Марта кивнула.
«Я согласна» - спокойно сказала девушка. И немного неожиданно добавила: «Можно на андреевском кресте – так красивее будет…». Марта кивнула: «Можно»
«Где меня похоронят?» - неожиданно будничным тоном спросила Улла. Марта ответила: «На кладбище приюта. Будет лучше, если ты сама выроешь могилу…»
Девушка кивнула. Ей выдали лопату, она отправилась на кладбище, выбрала место – на краю кладбища, под раскидистым деревом – и приступила к работе. Она выросла на ферме, поэтому справилась быстро… только вот не покидало её ощущение, что за ней кто-то наблюдает. Хотя вокруг вроде никого не было.
Закончив работу, Улла вернулась в приют. Её проводили в комнату, где уже были приготовлены крест для распятия и столб для порки.
«Раздевайся догола» - приказала Марта. «Тебя будут пороть по всему телу…»
«Не будут» - совершенно неожиданно раздался неожиданно женский голос. «Этого не будет – я этого не допущу. Не в мою смену…»
![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
