![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
23 июня 1941 года
Гробиня, оккупированная вермахтом территория Латвии
После того, как изумлённых (такого поворота они явно не ожидали) волонтёрок увели эсэсовцы, граф спокойно объяснил лишь немногим менее изумлённым айзсаргам и бойцам эйнзацгруппы:
«Здесь я решаю, кто когда и как умрёт. Я и только я… и уж точно не еврейки…»
Янис Эглитис кивнул: «Согласен. Иначе такой бардак начнётся…»
Со следующей семьёй вышла серьёзная проблема – девушка лет шестнадцати упала на колени перед графом, обняла его ноги и зарыдала: «Господин офицер, пощадите меня… я не хочу умирать…»
Граф махнул рукой в сторону её родных и приказал айзсаргам: «Расстреливайте»
Когда мёртвые тела евреев отправились в ров, граф спросил Яниса:
«Верёвка есть?». Тот понимающе кинул: «Есть, конечно… причём длинная…»
Когда айзсарг принёс верёвку, граф указал на рыдавшую девушку: «Раздеть догола, привязать к дереву и пороть ремнями пока я не решу, что хватит. Пороть по всему телу в четыре руки… потом повесить на дереве… в назидание прочим…»
Два дюжих айзсарга не без труда оторвали еврейку от графа, сорвали с неё всю одежду, привязали к дереву (попутно разбив в кровь лицо), после чего сняли и взяли в руки широкие тяжёлые армейские ремни.
Граф приказал: «Один просто ремнём… другой пряжкой. Поехали…»
Девушка… нет, не орала как резаная – ибо ей предусмотрительно заткнули рот кляпом. От нечеловеческой боли она несколько раз теряла сознание; её приводили в чувство и снова пороли… пока не превратили спину, ягодицы и бёдра в кровавое месиво. Только после этого граф кивнул: «Хватит… теперь вешайте»
Еврейке связали руки за спиной в запястьях, а ноги в коленях и лодыжках, после чего, придерживая (стоять она после жуткой порки уже не могла), поставили под огромной веткой дерева, через которую перекинули верёвку с петлёй.
Петлю надели на тонкую шею девушки, затянули и по команде графа её подняли за шею в воздух метра на полтора от земли. Когда конвульсии закончились и тело повисло как мешок с картошкой, один из айзсаргов одобрительно кивнул:
«Всё правильно… неподчинение так и надо пресекать сразу. Хороший наглядный пример всем остальным будет…»
Как очень скоро выяснилось, не всем.
