![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
Откровение графа фон Шёнинга
Jul. 9th, 2025 03:27 pm23 июня 1941 года
Гробиня, оккупированная вермахтом территория Латвии
Граф Вальтер фон Шёнинг (на самом деле, не граф, не фон Шёнинг и даже не немец), личный помощник по особым поручениям рейхсфюрера СС (хотя в реальности всё было ровно наоборот) в чине обер-фюрера СС (эквивалент британского бригадира – «старшего полковника»), пребывал в несколько некомфортном расположении духа.
Ибо намеревался приступить к окончательному решению еврейского вопроса (по выбранному ещё три месяца назад «нулевому варианту») на вверенной ему – причём вовсе не фюрером и даже не рейхсфюрером – территории ещё вчера, в первый день Операции Барбаросса (были на то серьёзные причины).
Однако не сложилось, ибо война дело такое… непредсказуемое. Графу удалось бы реализовать задуманное, если бы он на момент начала вторжения в СССР находился на границе Литвы (город Друскининкай, в котором проживало более тысячи евреев, был занят вермахтом уже днём 22 июня) … но он находился на границе другой жертвы сталинского СССР – Латвии.
В которой операция развивалась не так успешно – попытка взять с ходу Лиепаю (крупную базу советского ВМФ) натолкнулась на неожиданно ожесточённое сопротивление РККА и забуксовала (город был взят только через неделю – после ожесточённых уличных боёв).
Тем не менее, уже утром 23 июня передовые части вермахта, в составе которых находился и граф фон Шёнинг (к немалому неудовольствию командования – ибо у них и без присутствия личного помощника Гиммлера проблем было выше крыши) вошли в небольшой городок Гробиня.
Известный в Латвии и её окрестностях курьёзным фактом: вплоть до административного переустройства после обретения Латвией независимости в 1920 году, в 20 раз большая по численности населения Лиепая формально занимала подчинённое по отношению к Гробине положение, поскольку именно в Гробине исторически находился административный центр – даже с орденским замком. Лиепая же изначально была всего лишь торговым поселением…
Граф решил, что это перст Судьбы… или даже самого Господа Бога (впрочем, в последнем он был не особо уверен, ибо Бога-Сына знал лично ещё с евангельских времён и отношения у них были… не очень). Ибо уж очень подходящим для его операции оказалось название этого городка… если по-русски, конечно.
Для первой акции он бесцеремонно забрал в своё личное подчинение дюжину бойцов Зондеркоманды 1a во главе с унтерштурмфюром – лейтенантом СС (в силу специфики деятельности, эйнзацгруппы были пересыщены офицерами СС).
Командир зондеркоманды, 30-летний штандартенфюрер СС доктор права Мартин Зандбергер (СС вообще были «молодёжной организацией») сначала заворчал, но после того, как граф сунул ему в нос мандат Гиммлера и объяснил, что люди ему нужны для ликвидации евреев (что было задачей номер один этих эскадронов смерти СС), покорно выполнил приказ старшего по званию.
Оставалась маленькая проблема – найти еврейскую семью для «пилотной ликвидации». Граф знал – ибо имел фотографическую память – что по переписи 1935 года в Лиепае и окрестностях проживало 7379 евреев (почти 13% от всех жителей) … и что с тех пор их число могло только увеличиться за счёт еврейских беженцев из Германии, Австрии и Польши.
Однако сколько из них проживали в Гробине (и проживали ли вообще, хотя, скорее всего, таки проживали), было пока совершенно непонятно. Впрочем, эта проблема была легко решаема, учитывая зоологический антисемитизм аборигенов, их лютую ненависть к СССР (который они не без основания считали еврейским проектом) … и (пока) горячую любовь к освободителям в фельдграу.
Решение проблемы материализовалось менее, через час в виде крепкого мужчины лет сорока или того; в гражданской одежде, но явно с военной выправкой. Он подошёл к графу (ибо старшему по званию), отдал честь и представился (на неплохом немецком):
«Янис Эглитис. Айзсарг… 15-й Лиепайский полк, командир роты в чине капитана…». И с гордостью добавил: «Воевал за независимость Латвии под командованием генерала Балодиса… освобождал Ригу…»
22 мая 1919 года Рига была освобождена от большевиков совместными действиями латышских, немецких и русских добровольцев. В январе 1920 года при поддержке польских войск армия Латвийской Республики заняла всю территорию Латвии.
13 января 1920 года большевистское правительство Петра Стучки объявило о прекращении своей деятельности, а 30 января в Москве Латвийская Республика и РСФСР заключили перемирие.
11 августа 1920 года правительство Латвии подписало договор о мире с РСФСР, по которому Советское правительство безоговорочно признало независимость, самостоятельность и суверенность Латвийского Государства и отказалось добровольно и на вечные времена от всяких суверенных прав кои принадлежали России в отношении к латвийскому народу и земле…
Большевики врали всем и всегда и до сих пор врут как дышат; поэтому «вечные времена» продлились всего лишь двадцать лет…
Айзсарги («защитники», в переводе с латышского) представляли собой военизированное формирование, созданное по образцу финской полувоенной организации Шюцкор.
Формирования айзсаргов были созданы 20 марта 1919 года по указу Временного правительства Латвии и министра внутренних дел Микелиса Валтерса как организация самообороны в сельской местности.
Они выполняли функции вспомогательных сил полиции (что для графа было очень кстати) … и, в общем и целом, были чем-то вроде латышской Национальной гвардии. Айзсарги, которые жили в пограничной полосе, несли вспомогательную пограничную службу.
Айзсарги представляли собой внушительную военную силу: каждый член организации имел личное оружие — английскую винтовку (Ross-Enfield M.14), браунинг и 50 боевых патронов. Имелись и станковые и ручные пулемёты… и даже одна танкетка британского производства.
Организация айзсаргов была распущена после ввода советских войск в Латвию, 20 июля 1940 года… но лишь официально. На самом деле они ушли в подполье – и теперь были готовы предложить свои услуги освободителям в фельдграу.
В том числе (кто бы сомневался) и по поиску евреев… что графу и было нужно.
Он не любил терять время и потому осведомился: «Евреи в городе есть?»
Осведомился по-латышски, ибо за две тысячи лет жизни в одном и том же физическом теле выучил все человеческое языки. Вообще все – и не от скуки (его жизнь скучной не была ни секунды). Просто из интереса… и потому, что его фюрерин владела всеми языками. Нужно было соответствовать…
Айзсарг удивился, но согласно кивнул и ответил на своём родном языке:
«А как же… есть, конечно… аж двести двадцать человек…»
Примерно 15% от населения города… как в Лиепае (с учётом беженцев).
И осторожно осведомился: «Вы родом из Латвии?». Граф покачал головой:
«Нет… впрочем, это неважно. Важно, что я свободно говорю, читаю, пишу и понимаю по-латышски…»
Янис Эглитис одобрительно кивнул: «И то верно…». Фон Шёнинг спросил:
«Еврейская семья… муж, жена, трое детей… есть такая?». Айзсарг уточнил:
«Четверо. Они тут в двух шагах живут… я покажу»
Когда они подошли к небольшому опрятному (в Латвии других не бывает) двухэтажному дому, граф осведомился: «Котлован в паре километров отсюда в лесу знаешь?». Ибо уже присмотрел место для акции.
Капитан айзсаргов усмехнулся: «Это место у нас каждая собака знает… красные решили там дачку для своего горкома… или горисполкома возвести… но не успели…». И добавил: «Отличный выбор – идеальное место чтобы жидов…»
Он махнул рукой. Фон Шёнинг приказал: «Возьми с полдюжины своих подчинённых… покрепче и столько же лопат… и давай туда»
Лицо айзсарга немедленно приняло неописуемо счастливое выражение. Он козырнул: «Есть взять… и туда…»
Бойцы зондеркоманды оцепили дом, после чего граф аккуратно, отмычкой (который он владел на зависть лучшим домушникам мира) открыл дверь и вошёл внутрь. В маленькой гостиной собралась вся насмерть перепуганная еврейская семья. Муж, жена и четверо детей – примерно от 8 до 15 лет…
Граф указал во двор и на чистом латышском приказал: «В грузовик… прямо сейчас… ничего с собой не брать…»
Евреи покорно подчинились и в считанные мгновения забрались в кузов крытого грузовика Опель-Блиц (позаимствованного графом в той же Зондеркоманде 1а).
Когда они прибыли на место (люди графа следовали за грузовиком в добытом там же броневике Sd.Kfz. 251 Ганомаг), граф приказал: «Выгружайтесь»
Когда еле держащиеся на ногах от страха евреи спустились на ныне запредельно грешную землю (с точки зрения заповеди Не убий… да и Не укради недалеко ушла), граф приказал: «Догола раздевайтесь – все…»
Евреи застыли от ужаса. Граф пожал плечами – и спокойно объяснил:
«Либо вы сейчас разденетесь сами – и умрёте быстро и безболезненно - либо мои люди разденут вас силой. После чего вас сбросят в яму, зальют бензином – его у красных мы захватили навалом – и сожгут живьём. Выбирайте…»
Граф приказал им раздеться догола исключительно из исторической памяти. Ибо его настоящее имя было Луций Корнелий Пулл и его трудовая биография началась в первое десятилетие после Рождества Христова.
В Римской Империи, в которой казнили (а это была именно казнь) всегда обнажёнными. И мужчин, и женщин, и даже малолетних детей (распинали чуть ли не с семилетнего возраста). Правда, ещё и пороли перед казнью… но в этом плане уже много столетий были совсем другие времена…
Евреи в считанные мгновения сбросили с себя всё до нитки. Граф приказал:
«Вставайте на край ямы лицом к яме. Стоять ровно, не шевелиться… чтобы мои люди не промахнулись. Тогда всё закончится очень быстро – и безболезненно…»
Голая женщина неожиданно тихо спросила: «За что вы нас… мы же никому ничего плохого не сделали… совсем даже наоборот?»
Граф спокойно уточнил: «Не за что, а почему…»
Она удивлённо посмотрела на него. Он указал на звезду Давида у неё на шее на золотой цепочке: «Иудейка… в смысле веры?»
Она кивнула и неожиданно ответила: «У нас здесь евреи не ассимилированы, но до центров нашей религиозной жизни далеко, а давление лютеран было сильное… так что мы не очень строго соблюдали наши религиозные традиции»
Граф усмехнулся: «Ваш народ практически полностью отверг своего Мессию; Сына Божьего и таким образом сразу в полном составе перешёл на службу к Дьяволу…, и вы удивляетесь, что вам прилетело… уже в четвёртый раз…»
Она изумлённо уставилась на него. Он покачал головой: «Ты ещё и историю своего народа не знаешь…». И наставительным тоном объяснил:
«За три Иудейские… точнее, еврейско-римские войны римляне убили более миллиона евреев – три четверти тогдашнего еврейского населения мира…всего за несколько десятилетий… все деревья на кресты порубили…»
Сделал многозначительную паузу – и продолжил:
«… а с вашим Вторым Храмом поступили точно так же, как с храмом Молоха… сиречь Дьявола в Карфагене. Сожгли, разрушили до основания и засыпали солью – хотя стоила соль тогда жутко дорого, а к недвижимости относились бережно…»
Указал на Balkenkreuz (официальную эмблему вермахта) на двери Опеля и продолжил: «Все страны Оси воюют под христианскими символами; мы Божье Войско в Святой Войне за само существование человеческой цивилизации…»
Глубоко вздохнул – и продолжил: «Мы выполняем Его работу… любую работу… даже самую грязную и кровавую…»
После чего приказал: «Повернись ко мне спиной и встань на колени…»
Женщина покорно подчинилась. Он добыл из правого кармана брюк малокалиберный Маузер 1910, загнал патрон в патронник и выстрелил ей в затылок. Мёртвое тело упало лицом вперёд.
Её родные, которые уже выстроились на краю ямы, с неописуемым ужасом уставились на него. «Чего уставились?» - рявкнул он. «Голову повернуть, смотреть прямо перед собой, стоять по стойке смирно… если не хотите, чтобы мои люди промахнулись, и вас закопали живьём…»
Ибо вот это айзсарги сделают с огромным удовольствием. Евреи покорно подчинились, граф махнул рукой, эсэсовцы вскинули карабины Маузера, грянул залп - и евреи рухнули в яму. Проверять необходимости не было – его люди были профи, которые на массовых расстрелах набили руку ещё во время акций по умиротворению в оккупированной Польше.
К графу подошёл с некоторым ужасом (хотя он много раз присутствовал при польских акциях) наблюдавший за происходящим СС-гауптштурмфюрер Франц Кёниг. Типа журналист, которого лично рейхсфюрер навязал графу в качестве типа смотрящего за окончательным решением.
И осторожно осведомился: «Приказ рейхсфюрера был расстреливать только евреев мужского пола, представляющих угрозу безопасности наших военных и гражданских на оккупированных территориях СССР…»
Граф раздражённо оборвал его: «Согласно мандату рейхсфюрера, я сам решаю, кто представляет угрозу безопасности кого - и кто подлежит ликвидации…»
Фон Шёнинг не вчера появился на свет – а почти два тысячелетия назад. И потому такой вопрос предвидел – и принял меры. Поманил пальцем капитана СС (тот находился в его оперативном подчинении), подвёл к кюбельвагену, открыл портфель, и добыл из него папку под грифом Совершенно секретно.
И даже не протянул журналисту, а грубо ткнул папкой его в грудь: «Это Меморандум Бернхарда Штемпфле… именно на основании этого документа и был выбран нулевой вариант окончательного решения еврейского вопроса. Почитай на досуге – мозги встанут на место… может быть…»
И застыл в изумлении – что с ним случалось нечасто. Ибо к импровизированной могиле подкатили аж два грузовика. Один с айзсаргами в полной военной форме (ожидаемо) и при табельном оружии (неожиданно). Другой же… с десятком перепуганных девиц – на вид не более, чем старшего школьного возраста.
«Это что за чудеса местной природы?» - осведомился граф у подошедшего Яниса.
Тот плотоядно улыбнулся: «Христопродавцы… в смысле, комсомолочки. У них тут типа база отдыха была… мы их и накрыли всех. Позабавились, понятное дело, а теперь…». Он указал на яму и протянул графу пачку комсомольских билетов.
Фон Шёнинг подтвердил личности спустившихся на землю комсомолочек (мало ли что), после чего приказал им раздеться догола. Обратно в руки айзсаргов им явно не хотелось, поэтому они быстро выполнили приказ.
«Можно мы их… сами?» - улыбнулся айзсарг. Граф кивнул: «Да пожалуйста…»
Девушки сами, без приказа, покорно выстроились на краю ямы спиной к палачам. Айзсарги выстроились за обречёнными, вскинули английские винтовки, грянул залп и комсомолочки рухнули в яму лицом вперёд. Процесс пошёл…
