Jun. 23rd, 2024

blacksunmartyrs: (Default)

«Если честно, то о Марии Магдалине я не знаю практически ничего» - честно ответил я. «Кроме того, что в православии её причислили к лику равноапостольных…»

Равноапостольными называют православных святых, которые внесли особо значимый вклад в проповедование Евангелия и обращение народов в христианскую веру.

«… а в католической традиции её отождествляют с блудницей… то ли с кедешей…»

Ханаанской жрицей культа храмовой проституции.

«… то ли с обычной… в смысле, светской проституткой, которая раскаялась, обратилась к праведной жизни… собственно, именно поэтому этот ирландский ГУЛАГ для женщин и назвали её именем…»

Глубоко вздохнул – и добавил: «Если мне не изменяет память, то Мария Магдалина следовала за Иисусом чуть ли не повсюду; присутствовала при Его Распятии и была первым человеком, которому явился воскресший Спаситель…»

«Не изменяет» - рассмеялся граф, который – я в этом нисколько не сомневался – был лично знаком с Марией, которая Магдалина. И предсказуемо добавил:

«… однако далеко не всё в евангельском рассказе…»

Раннехристианском агитпропе, если называть вещи своими именами.

«… соответствует действительности…»

Я в этом нисколько не сомневался, поэтому, как говорится, навострил уши. Тем более, что граф был даже не просто свидетелем, а весьма активным участником евангельских событий.

Вальтер фон Шёнинг уверенно продолжал: «На самом деле, действительности соответствует лишь одно утверждение Евангелий – что Мария Магдалина была первой, кому явился воскресший Иисус Христос. Что неудивительно совсем…»

И тут он сбросил самую настоящую Царь-Бомбу:

«… ибо Мария была его самой что ни на есть официальной женой…»

После некоторого изначально шока я кивнул. Ибо уже не раз сталкивался с такой версией – и не только в книге Священная кровь и Священный Грааль.

Граф (в то время ещё Луций Корнелий Пулл) объяснил:

«Чтобы проповедовать – особенно столь радикальные идеи – и не быть за это побитым камнями или арестованным властями, что было в то время немногим лучше – ибо за религиозные преступления в Иудее казнили жестоко весьма…»

Я кивнул. Вальтер фон Шёнинг продолжил:

«… Иисус должен был иметь статус рабби – учителя…»

«А такой статус давали только женатому человеку» - закончил я за него.

Граф кивнул: «Либо аскетом-отшельником… еврейским монахом, как Иоанн Креститель. Иисус таковым не был – поэтому ему пришлось официально вступить в брак с Марией Магдалиной…»

«Но интимной близости у них не было, конечно?» - осведомился я.

Фон Шёнинг покачал головой: «Не было, конечно – в этом плане это был фиктивный брак… хотя они оба любили друг друга, особенно она его…»

Я сразу вспомнил фразу из апокрифического Евангелия от Филиппа:

«Спутница [Сына — это Мария] Магдалина.  [Господь любил Марию] более [всех] учеников, и он [часто] лобзал ее [уста]. Остальные [ученики, видя] его [любящим] Марию, спросили его: Почему ты любишь ее более всех нас?»

«Потому, что она моя законная жена – так он им ответил на самом деле» - закончил за (на самом деле, неизвестного) автора этого гностического псевдо-Евангелия граф фон Шёнинг. Словно прочитав мои мысли… впрочем, это было несложно. И объяснил:

«Ибо даже гностикам не хватило духу признать, что Иисус был женат…»

И продолжил: «После смерти, воскресения и ухода Иисуса среди его последователей произошёл раскол. Хотя Он официально назначил своим преемником в качестве духовного лидера свою жену…»

Странно было бы, если бы было по-другому.

«… тем более, что именно она была автором текста, который впоследствии превратился в Евангелие от Иоанна…»

Самого мистического и наиболее близкого к гностицизму Святого Евангелия, существенно отличающегося от остальных трёх. Этой гипотезы придерживаются некоторые вполне официальные историки христианства.

«… Пётр и Павел… как бы это помягче сказать… не особо привлекательные персонажи — это я на своём опыте испытал…»

Я кивнул – ибо это было очень похоже на правду. Граф продолжал:

«… устроили внутрицерковный переворот; фактически изгнали Марию и её последователей из Церкви и прибрали Церковь к рукам… а для надёжности запустили программу чёрного пиара, представив Марию проституткой…»

И это было очень похоже на правду… к сожалению.

«И что Мария Магдалина?» - в высшей степени заинтересованно осведомился я.

Граф вздохнул и пожал плечами: «На самом деле, Марию Магдалину… Марию Вторую, как мы её обычно называем…»

Ибо Мария Первая – это Богоматерь.

«… совершенно справедливо считают равноапостольной…»

Я удивлённо посмотрел на него. Он объяснил: «Мария Магдалина фактически создала свою собственную церковь…»

Чего и следовало ожидать.

«… причём гностическую церковь, названную по её имени. Её последователи были официально признаны еретиками после того, как в III веке одержавшие над ними верх последователи Петра и Павла образовали единую Церковь…»

Ибо Священное Писание, как и историю, пишут победители. Граф продолжал:

«Именно поэтому Евангелие от Марии – второе Евангелие, написанное Магдалиной, по мнению её сторонников, истинной восприемницей заветов Христа, не был включен в Новый Завет - как и другие тексты, в которых, по их мнению, слишком большая роль отводилась женщинам…»

А официальные евангельские тексты основательно «почистили» – с той же целью.

«И что стало с этой… параллельной Церковью?» - осведомился я.

Граф покачал головой: «Это к Баронессе. Я с ними не работал – мне и своих дел хватало выше крыши…»

Луций Корнелий Пулл долгое время возглавлял неформальную Службу Безопасности христианской Церкви. Которая впоследствии была преобразована в Тайную Инквизицию – силовую структуру Общества Чёрного Солнца.

«А Общество Марии Магдалины тут каким боком?» - недоумённо осведомился я. «Это что-то вроде Белого Братства – не к ночи будь помянуто?»

blacksunmartyrs: (Default)

Вот только этого мне и не хватало – для полного счастья. Ибо Великое Белое Братство ЮСМАЛОС (таким было полное название Белого Братства) было самой настоящей деструктивной… даже суицидальной тоталитарной сектой. Впрочем, убийствами они – по слухам - тоже не гнушались.

Белое Братство было основано в 1990 году в тогда ещё советском Киеве инженером-кибернетиком, кандидатом технических наук Юрием Кривоноговым и журналисткой (членом КПСС, что занятно) Мариной Цвигун.

Юрий Кривоногов был не таким уж редким «перестроечным» персонажем… разве что уж слишком экстремальным. Работал в Институте клинической и экспериментальной медицины в Новосибирске… и параллельно с секретным отделом КГБ, занимавшимся изучением манипуляций массовым сознанием.

Видимо, именно в результате этого опыта работы у него появилась идея создать и возглавить собственную тоталитарную секту. Однако для этого нужно было сначала, как говорится, основательно изучить матчасть.

Поэтому он оставил научную карьеру – тем более, что в перестройку это гарантировало нищету – и вступил… правильно, в «Общество сознания Кришны». Этакий «мягкий» вариант тоталитарной секты.

Набравшись необходимых знаний и опыта, он покинул стройные ряды кришнаитов и в 1990 году основал собственную организацию Институт души Атма, позднее переименованную в Великое Белое Братство ЮСМАЛОС.

Это был семейный подряд – его партнёром в создании и руководстве организацией стала его жена Марина Викторовна Цвигун (в девичестве Мамонова). Согласно её автобиографии, достоверность которой, мягко говоря, сомнительна, 11 апреля 1990 года во время операции (по некоторым данным, после чуть ли не десятого аборта) она пережила клиническую смерть.

Результатом которой стало мистическое Откровение, согласно которому она — «Мессия Эпохи Водолея и Матерь Мира». Что дало ей основание объявить себя одновременно живым воплощением Христа, его матери Девы Марии и его жены (ну, или невесты) … Марии Магдалины. Кривоногов принял ритуальное имя Юоанн Свами (Иоанн Святой, то есть Креститель).

Название организации Белое братство заимствовано из учения Елены Блаватской (и тут отметилась); ЮСМАЛОС представляет аббревиатуру: Ю — Юпитер, С — Сатурн, МА — Марс, Л — луна, О — Орион и С — Сириус. Тот ещё винегрет, в общем.

Доктрина секты представляет собой этакий радикальный неоязыческий феминизм: она утверждает, что «Бог есть Мать». Сектанты верят, что мироздание создано Великой праматерью — Софией Премудростью Божьей.

От них (кто бы сомневался – это ведь тоталитарная секта) требуется безусловное и беспрекословное подчинение «живой богине» — Марине Цвигун. Которая предсказуемо приняла имя Марии Деви Христос. Тем, кто отказывается признавать её таковой, сектанты обещают вечные мучения в Аду.

Цель организации - подготовка сознания человечества к грядущему преображению планеты Земля. В новую преображённую Землю войдут лишь принявшие Цвигун в качестве Великой матери Мира.

Они увидят преображённую Землю, называемую Богемой, и составят шестую расу её обитателей. Постепенно на новой Земле будут воплощаться души тех, кто пройдёт очищение на адских планетах. Тогда-то и наступит Золотой Век Эпохи Водолея, который Цвигун именует Царством Божиим на Земле.

Согласно доктрине секты, страдания человеческие являются наказанием за совершаемые поступки, которые нарушают заповеди Матери Мира и несут зло, ненависть и разрушение.

10 ноября 1993, в последний день объявленной сектой декады покаяния, М. Цвигун и несколько десятков членов Белого братства попытались захватить Софийский собор в Киеве, провести там двухнедельный молебен, после чего совершить массовое самосожжение.

Попытка захвата была предсказуемо пресечена сотрудниками милиции, Цвигун и Кривоногов были задержаны. В 1996 году Цвигун была осуждена на четыре года колонии общего режима, а Кривоногов - на шесть лет.

С учётом предварительного заключения она провела в колонии всего год, после чего перебралась в Москву, где продолжила заниматься тем же самым, вербуя в свою секту впечатлительных 20-летних гуманитариев.

Граф фон Шёнинг покачал головой: «Не совсем… хотя что-то общее есть…»

И неожиданно рассмеялся: «Ты не поверишь, но девичья фамилия основательницы и лидера секты… Магдалинская. Правда, она Марина – как и лидер Белого Братства…»

Вздохнул – и уже серьёзно продолжил: «Она считает себя реинкарнацией Марии Магдалины… но проблема не в этом, конечно…»

Сделал паузу – и сбросил бомбу: «Как и Марина Цвигун, Марина Магдалинская считает, что для победы над Дьяволом она и шестьдесят пять её последовательниц – это чисто женская секта – должны были совершить самосожжение в стиле хорошо тебе известной секты Ветви Давидовой…»

blacksunmartyrs: (Default)

Её просьба была странной даже по меркам Проекта Харон – а я в нём чего только не повидал и не слышал. Как выяснилось, ещё не всё.

Несколько стервозного вида крашеная рыжеволосая дама лет сорока или около того глубоко вздохнула и сделала довольно впечатляющее признание:

«Пятнадцать… почти шестнадцать лет тому назад я совершила нечто совершенно неописуемое… собственно, в этом моя проблема и состоит…»

«А именно?» - обыденным тоном осведомился я, пока что, не понимая, в чём дело.

Женщина грустно вздохнула и не без труда продолжила: «Я совершила жуткое преступление, за которое я должна быть наказана…»

«… но срок давности уже истёк» - задумчиво констатировал я. Ибо – в отличие от цивилизованных стран – по российскому законодательству срок давности даже за убийство при отягчающих обстоятельствах установлен в пятнадцать лет.

Исключения есть, конечно – терроризм и всё такое прочее – но это явно был не её случай. Кроме того, если родственники потерпевшего в уголовном деле об убийстве будут подавать ходатайство о пересмотре срока давности по делу, срок давности в 15 лет может быть отменен - и преступник может понести уголовную ответственность за них даже спустя тридцать лет. Но и это явно был не её случай.

Она кивнула. Я пожал плечами и осведомился: «Вы христианка?»

Она кивнула: «Крещена в православии – правда, не воцерковлена…»

«Если Вас это устроит» - предложил я, «мой близкий знакомый, самый настоящий католический святой Вас исповедует – у него есть специальное разрешение Его Святейшества исповедовать всех христиан…»

Какого именно Папы Римского, я уточнять не стал – ибо это разрешение было дано отцу Роберту Фальке (свободно владевшему русским языком) ещё в 1941 году. Тогдашним Викарием Христа Пием XII.

«… и назначит необходимую Вам епитимью…»

Которая, конечно, не тюремное заключение, но может оказаться нелёгкой весьма – в этом отношении францисканский священник был весьма консервативен.

Женщина вздохнула: «В том-то и проблема, что я не могу заставить себя признаться в том, что я тогда совершила…»

Я сразу всё понял – и усмехнулся: «И Вы хотите, чтобы я Вас в самом прямом смысле пытал до тех пор, пока Вы не признаетесь…»

На самом деле, типичный случай для Святой Инквизиции… и не только.

Женщина кивнула.

Я мог решить её проблему в самом прямом смысле за пару минут – больше она на допросе Лидии Крамер (да хоть моей благоверной) не продержалась бы; электроток таким развязывает языки даже не за минуты, а за секунды.

Однако я счёл это неправильным и неправедным. Счёл потому, что почувствовал, что оптимальной для неё епитимьей (после истечения срока давности о наказании говорить не приходилось), была именно длительная и очень сильная боль.

Поэтому я пожал плечами: «Хорошо… как Вас зовут?»

«Людмила» - вздохнула женщина. «Можно Люда… или Люся, как Вам удобнее»

Я кивнул – и продолжил: «Я начну с методов Святой Инквизиции – дыба-страппадо, пытка питьём и пытка огнём...»

Три стихии Святой Инквизиции – ибо страппадо поднимает в воздух.  

«… если Вы не признаетесь… в моём арсенале есть много что ещё…»

Она кивнула: «Хорошо… как скажете…»

Мы прошли в донжон, где я приказал Людмиле: «Догола раздевайтесь…»

Она кивнула – ибо была к этому уже готова психологически – и спокойно, как на приёме у врача (примерно так оно и было) разделась догола. После чего спокойно подошла к указанному мной блоку-страппадо и покорно завела руки за спину. Я связал ей руки в запястьях, привязал их к блоку под потолком и объяснил:

«Сейчас я подниму тебя примерно на метр от пола и привяжу к ногам тяжёлый груз, чтобы твоё тело вытянулось в струнку. Тебе будет просто дико больно в суставах; кроме того, я буду прижигать твоё тело – включая самые чувствительные места. Надеюсь, что этого хватит – и ты признаешься…»

«А если не хватит?» - осторожно осведомилась Людмила. Я пожал плечами:

«Тогда будет пытка водой… в смысле, питьём – и огнём. Этого точно хватит…»

Почему-то я не сомневался, что мне придётся применить все три стихии.

Она кивнула: «Хорошо… я поняла…»

Я сделал ей первую инъекцию Эликсира Белого Ангела – ибо калечить её точно не собирался, после чего поднял её на дыбу. Как ни странно, она даже не спросила, зачем я делаю ей укол… видимо, была поглощена своими мыслями.

Она провисела на дыбе час – и так ничего и не сказала. Хотя я и прикрепил к её ногам (предварительно связанным мной в лодыжках) пудовую гирю, и прижигал её довольно симпатичные груди, соски и много что ещё раскалёнными щипцами. От дикой боли она шипела, но так и не закричала.

Пришлось снять её с дыбы, вправить вывернутые суставы и приступить к пытке питьём а-ля маркиза де Бренвилье (ибо я пытал Людмилу в полном соответствии с рассказом Александра Дюма об оной).

Я привязал ноги Людмилы (за лодыжки) к вбитым в пол кольцам (в соответствии с наставлениями для инквизиторов), после чего опрокинул её навзничь на «малую кобылу» с острым верхом.  Затем привязал её руки (за запястья) к кольцам в стене, вбитым в неё согласно тому же наставлению.

Таким образом, её голова и ноги оказались практически на одной высоте, а тело, подпертое «кобылой», выгнулось дугой, как если бы она лежала на колесе. В результате, как и маркиза в рассказе Дюма, Люда была подвергнута комбинированному истязанию – водой и дыбой... точнее, дыбой и водой, если хронологически. Английской дыбой, если быть совсем точным... точнее, её усовершенствованным «кобылой» вариантом.

Ибо верёвка, которой ноги женщины были связаны в лодыжках, была не привязана к кольцам в полу, а продета через них и прикреплена к вороту с рукояткой по типу колодезного.

Рукоятку можно было фиксировать с помощью специальной подставки, дабы максимально плавно регулировать натяжение верёвки – и растяжение тела пытаемой женщины. Которое я растянул… ощутимо.

Ну а затем началась собственно пытка питьём. К которой мне пришлось привлечь… правильно, Лидию – кого ж ещё. По моей просьбе она принесла и поставила на грубый деревянный стол (новодел, конечно, но «под старину») четыре чайника.

Каждый ёмкостью по два с половиной литра воды (для «обычного» допроса) … к которым она добавила и восемь чайников той же емкости для допроса «чрезвычайного». Ибо что-то мне подсказывало, что второе потребуется.

При «обычной» пытке это составляло десять, а при пытке чрезвычайной (именно эту я и ожидал) двадцать литров воды, каковую пытаемую (в данном случае, Людмилу) палач – в данном случае я - вынуждал проглотить.

Я взял в руку рог, вмещающий полный чайник; этот рог я вставлял в рот Людмиле и после каждых двух с половиной литров давал несколько секунд передышки - после чего мы продолжали пытку, пока не опорожнили все чайники для «обычного» допроса.

Чтобы Людмила не закрывала рот, сжимая зубы, Лидия большим и указательным пальцами зажимала ей нос. Пытаемой приходилось открыть рот, чтобы вздохнуть, и я, воспользовавшись этим, вставлял ей в рот рог.

«Обычный» вопрос ожидаемо (по крайней мере, я именно этого и ожидал) не принёс результатов – Людмила по-прежнему молчала. Поэтому нам с Лидией пришлось перейти к пытке чрезвычайной.

Сначала ударами палкой по животу я вызвал у неё рвоту… ну а потом влил в неё уже два ведра воды. С тем же результатом… то есть, безрезультатно – женщина молчала глухо. Пришлось перейти к третьей стихии – стихии огня. В стиле Катлины из Легенды о Тиле Уленшпигеле.

Я связал Людмиле руки за спиной, обул в новенькие сапоги на пару размеров меньше, чем её и посадил на крышку... нет, не гроба конечно. А «гробоподобной конструкции», которая представляла собой вариант «испанского осла». Ибо заканчивалась острой (реально острой) кромкой-ребром.

Камин был уже давно зажжён, поэтому в донжоне было реально жарко, хотя за окном было... не очень (ноябрь есть ноябрь). Я пододвинул Люду к огню достаточно близко для того, чтобы от жара сапоги стали ещё более тесными... в общем, в сочетании с жаром боль сильная очень (и это ещё очень мягко сказано). Почти что испанский сапог.

Людмила выдержала два часа – примерно так же долго пытали Катлину в романе Шарля де Костера. Затем (наконец-то) глубоко вздохнула:

«Шестнадцать лет назад я убила свою трёхлетнюю дочь… убила холодом…»

Мы с Лидией попытались снять с неё сапоги, но, как и в романе, этого не удалось сделать – пришлось их разрезать. Ноги Людмилы предсказуемо были в состоянии как в романе – красные и все в крови (Эликсир Белого Ангела не защищает от повреждений – лишь восстанавливает тело «после того»).

Мы обработали её раны нанорегенерирующей мазью (для ускорения процесса регенерации), после чего я сделал ей укол три-в-одном – вторая стадия Эликсира, мощный анальгетик и стимулятор «в одном флаконе».

Через пять минут неожиданно спокойным тоном Людмила рассказала о своём преступлении: «Я родила Яну в семнадцать лет. Залетела по глупости, аборт сделать не решилась… но ребёнок был нежеланный совсем…»

Обычное дело… к сожалению. Она продолжала:

«В конце концов я совсем слетела с катушек, отвела её в лес – дело было в январе – привязала за талию к дереву и так оставила. В тот же день сбежала в другой город; сменила фамилию… в общем меня так и не нашли… да и не искали…»

Грустно вздохнула – и закончила: «А моя трёхлетняя дочь умерла от холода…»

И чисто по-бабски разревелась.

На меня её рассказ почему-то не произвёл ни малейшего впечатления. Наверное, потому, что я уже давно привык к тому, что чудеса случаются – а assumption is the mother of all fuckups.

Лидия предсказуемо (и тоже по-бабски) начала утешать Людмилу, а я вышел из донжона и позвонил…  правильно, Магдалене Эве-Марии ван Хоорн. Помощнику по особым поручениям в России начальника Группы Омега кардинала Эша.

Когда она ответила, я осведомился: «Найдёныши пятнадцатилетней данности в базе МВД есть?». Она кивнула: «Да, конечно».

«У тебя есть к ней доступ?»

«Разумеется» - ответила Магда. «А кто тебя интересует конкретно?»

Я объяснил. Магда неожиданно рассмеялась. Отсмеявшись, явно покачала головой – хотя я этого не видел, конечно: «Бывают же в жизни совпадения…»

«В смысле?» - удивился я. Она объяснила: «Её зовут Мелисса. Мелисса Фромм. Она каким-то образом освободилась и вышла на дорогу, где её подобрал Мартин Фромм – американский журналист. Дал крупные взятки, вывез из России, удочерил… сейчас она на втором курсе UCLA. Специализируется на криминальной журналистике – по словам Элли…»

Элизабет Фёрстер – ныне первой в мире писательницей в жанре True Crime – и нашей с Магдой общей и очень хорошей знакомой.

«… подаёт очень большие надежды – и уже начинает их оправдывать. Так что» - снова рассмеялась она, «не было бы счастья, да несчастье помогло… даже очень»

После чего добавила: «Но она ничего не помнит, что с ней случилось…»

Обычное дело при психологическом шоке в трёхлетнем возрасте.

Я поблагодарил Магду, отключился и вернулся в донжон, в котором Лидия (явно с огромным трудом) привела Людмилу в некое подобие нормального состояния.

И намеренно-обыденным тоном сообщил Людмиле: «Твоя дочь жива…»

«Как… жива?» - изумлению женщины не было предела. Я объяснил:

«Её новое имя – Мелисса. Она гражданка США, живёт в Городе Ангелов, учится на криминальную журналистку, её наставница – лучшая в мире в этом жанре и моя хорошая знакомая Элли Фёрстер. И очень даже счастлива…»

И добавил: «Она ничего не помнит, что с ней было до того, как она развязала верёвку и вышла на дорогу, где её подобрал проезжавший мимо американец…»

После чего приказал Людмиле: «Свободна – тебя не за что наказывать, а свою епитимью ты только что выполнила сполна. Иди – и впредь не греши…»

Profile

blacksunmartyrs: (Default)
blacksunmartyrs

February 2026

S M T W T F S
1234567
8910 11 1213 14
15 16 17 18 19 2021
22 23 2425262728

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Feb. 24th, 2026 03:44 pm
Powered by Dreamwidth Studios