![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
Двенадцать огненных фрей
May. 9th, 2024 12:07 pm10 мая 1919 года
Вилла Вевельсбург
Ванзее, Берлин, Веймарская республика
Их было двенадцать. Всегда двенадцать. Ни больше, ни меньше. Нет, это не было железобетонным правилом, намертво и навсегда записанном в уставе их камерного общества.
Да и устава у них не было – как и официального названия их общества, о существовании которого не подозревал никто за пределами очень узкого круга Посвящённых. Общества, которое было неотъемлемой частью другого общества. Общества Чёрного Солнца.
Просто так получалось – всегда получалось, словно по решению какой-то Высшей Силы, которая покровительствовала их Сообществу. Именно так они себя и называли – Сообщество, во избежание путаницы с Обществом Чёрного Солнца (которое они называли просто Общество).
Не потому, что они чего-то боялись – они вообще ничего не боялись, ничего и никого. А просто потому, что никто ничего бы не понял. Ибо для того, чтобы понять, нужно было быть таким же как они. Таким же мистиком – причём особенным мистиком.
Точнее, особенной. Ибо все члены Сообщества были женского пола. Все гетеросексуальные – но не потому, что они не допускали к себе гомосексуалов, бисексуалов, трансгендеров и так далее.
А только потому, что их магия была доступна только гетеросексуальным женщинам – так уж повелось с незапамятных времён (если верить традиции – Священному Преданию Общества Чёрного Солнца).
Членство в Обществе было пожизненным – но не потому, что из него нельзя было выйти. Можно – причём в любой момент. Но никому из них это и в голову не приходило.
По очень простой причине – мистики (по крайней мере, их породы) были просто нежизнеспособны в «обычном», окружающем их мире. Для них окружающий мир был слишком токсичным и вампиричным – если бы они вовремя не сбежали в иной мир Сообщества, они бы уже давно погибли.
Реально физически погибли. Либо от отравления токсинами «обычного» мира, либо от энергетической недостаточности – после того как этот мир высосал из них все жизненные энергии. Либо от того и другого вместе.
Поэтому членство в Сообществе было для них не роскошью, не блажью и уж тем более не развлечением. А просто жизненной необходимостью. Сообщество для них было и коконом, который защищал их от окружающего мира, и мощной энергетической подпиткой.
Мистической, живительной, спасительной энергией, которую дарила им Высшая Сила. Ни у этой Силы, ни у этой энергии не было официального названия, хотя чаще всего они (женщины всё-таки) называли Силу Фрейей.
По одному из имён, скажем так, имевшей отношение к этой Силе великой Вальфрейи – богини любви, войны и магии. Магии, способной радикально изменить человеческий мир. А энергии давали другое, широко известное в узких кругах название. Вриль.
О том, чтобы их всегда было ровно двенадцать, заботилась Высшая Сила. Как только одна из них умирала (а умирали они легко, быстро и безболезненно, впрочем, доживая до весьма преклонных лет), ей на смену тут же – буквально на следующий день – приходила другая.
Точнее, даже не умирали – просто уходили в иной мир. Уходили добровольно, то ли устав от жизни в этом в высшей степени несовершенном и грешном мире, то ли почувствовав, что выполнили свою Великую Миссию.
Нет, они не совершали самоубийство в обыденном смысле – они просто разрешали себе умереть. Ибо каждая из них ещё в хронологической молодости прошла Преображение, которое превратило их в люденов и «заморозило» их биологический возраст на бесконечно долгое время. Поэтому каждая из них – до самой смерти – выглядела на двадцать пять максимум.
Формальной процедуры приёма в члены Сообщества не было – когда на пороге Виллы Вевельсбург, в которой они собирались один раз в неделю – по воскресеньям, после Святой Мессы в берлинском кафедральном соборе Святой Ядвиги - появлялась претендентка, они просто знали, что она – одна из них.
Мистики всё-таки – noblesse oblige. Положение обязывает, то есть.
Все они принадлежали к белой расе; все были католичками, ибо каждая из них родилась и выросла в католической стране. В Баварии, Австрии, Франции, Бельгии, Италии, Испании, Португалии, Хорватии – но одна обязательно была родом из католического Падерборна в германской Вестфалии.
На вилле они собирались в огромной библиотеке – все остальные помещения были для них закрыты. Слушали музыку – классическую, христианскую и оккультную, вели беседы на эзотерические и богословские темы…, впрочем, всё это было лишь фоном.
Ибо все они прекрасно понимали, что на самом деле они ждали. Ждали решения; решения Хранителей человеческой цивилизации, которое станет для них началом выполнения их Великой Миссии.
Сегодня они с момента пробуждения знали, что решение будет принято именно сегодня. Что сегодня, десятого мая тысяча девятьсот девятнадцатого года, им предстоит внести жизненно важный вклад в историю человечества.
Запустить цепочку событий, которые в самом прямом смысле спасут человечество – а они уже давно чувствовали, что над человеческой цивилизацией нависла смертельная угроза – от самого настоящего Ада. И регулярно продолжать делать то же самое, что и сегодня, по тех пор, пока эта угроза не будет устранена.
Дверь в библиотеку распахнулась. На пороге появилась Баронесса. Баронесса Элина Ванадис фон Энгельгардт. Лилит. Единственная из Хранителей человеческой цивилизации, кто жил в миру, среди людей – всех остальных (а их, по слухам, было несколько десятков) никто живьём не видел… по крайней мере, с времён гонений на христиан, когда они (по слухам) внесли решающий вклад в победу Великой Христианской Революции.
В отличие от девушек Сообщества, которые были не-совсем-людьми, Лилит была совсем-не-человеком. Метагомом условно-женского пола, ибо можно ли было к этим существам применять понятие пола, было решительно непонятно.
Девушки Сообщества, которые иногда называли себя Вриль-Дамен (хотя правильнее было бы Вриль-Мёдель) были рождены людьми и от людей – и лишь потом превратились в женщин-люденов, пройдя Преображение.
А Лилит (как и, и, по слухам, все остальные Хранители), была не рождена, а сотворена… то ли непосредственно Господом Богом, то ли кем-то по Его поручению. Сотворена ещё в незапамятные времена – никто даже приблизительно не мог сказать, сколько ей лет хронологически.
Сотворена Совершенной – ибо была настолько оглушительно, ослепительно, неотмирно, нечеловечески, за-человечески, невозможно, невероятно прекрасна. Настолько прекрасно, что было очевидно, что люди были просто не в состоянии родить, произвести на свет Божий такую красоту. Ни в одном человеческом языке просто не было подходящих слов, чтобы описать её красоту.
Облачена – не одета, а именно облачена, Лилит была в точно такую же по покрою одежду, что и Вриль-Дамен – перехваченные кожаным поясом длинное платье до пят и кожаные сандалии - только у девушек платья были чисто белого цвета, а у платья Лилит была золотая и голубая кайма.
«Прошу следовать за мной» - неожиданно бесстрастно приказала Лилит. Они, разумеется, повиновались.
Прошли по неожиданно длинному коридору, освещённому самыми настоящими факелами (газовыми, разумеется, но стилизованными под смоляные), они оказались в комнате, о которой они много слышали, но в которой ни разу не были.
В Зале Генералов, который представлял собой внушительного размера круглую комнату. В комнате было ровно двенадцать окон, от которых в уже начинавших сгущаться майских сумерках толку было немного. Ибо внешнего освещения на вилле практически не было, а от внешнего мира она была надёжно закрыто плотными зарослями деревьев – самым настоящим лесом.
Между окнами располагались двенадцать колонн классического стиля. Электрического освещения в комнате, видимо, не было, но было всё равно очень светло. Ибо на каждой из колонн (примерно посередине) ярким смоляным пламенем горел газовый факел (очень точная имитация средневекового смоляного факела).
Зал Генералов был абсолютно пуст – причём преднамеренно пуст, дабы мебель не закрывала занимавшую бОльшую часть пола мозаику. Символ Die Schwarze Sonne (Чёрного Солнца) - золотого цвета (тем не менее) чёрную двенадцатиконечную свастику, лучами которой были двенадцать Siegrunen. Древнегерманских рун «Зиг», символизировавших Солнце. И Победу. С большой буквы.
Символ был окружён кольцом, внутри которого находились двенадцать Арманен-рун – по числу Зиг-лучей символа. Точно такой же символ (только много меньшего размера), окружённый точно таким же «руническим кольцом» находился в центре куполообразного потолка. А в самом верху каждой колонны была выгравирована соответствующая Арманен-руна.
Баронесса вошла в центр круга и отдала следующий приказ:
«Вам нужно сделать встать вокруг символа Die Schwarze Sonne и взяться за руки. Внутрь знака не заходить»
«Будете повторять за мной» - снова приказала Лилит. «Вопросов не задавать. Просто повторять. Слово в слово...»
Женщины согласно кивнули. Ибо уже привыкли повиноваться её Силе. Абсолютно непреодолимой Силе.
Баронесса несколько неожиданно осенила себя крестным знамением:
«Во имя Отца, и Сына, и Святого Духа...»
«Во имя Отца, и Сына, и Святого Духа...» - эхом повторили женщины смиренно и благоговейно перекрестившись. Ровно то же самое сделали и все находившиеся внутри символа Чёрного Солнца. Перекрестившись, женщины снова взялись за руки, выполняя приказ Совершенной.
«Властью, данной мне Господом Богом нашим – Отцом, Сыном и Святым Духом; Её Величеством Пресвятой Девой Марией – Царицей Небесной, Королевой Ангелов и Святых, Императрицей Вселенной; Святым Михаилом Архангелом; Его Святейшеством Святым Иннокентием III; богами Одином и Вальфрейей я открываю этот канал божественной сверхмощной энергии Вриль...»
Убеждённых католичек сочетание в одном предложении - да ещё и в столь сакральном –христианского Бога, архангела и святых с языческими несколько напрягло. Тем не менее, они покорно, смиренно и благоговейно повторили:
Властью, данной мне Господом Богом нашим – Отцом, Сыном и Святым Духом; Её Величеством Пресвятой Девой Марией – Царицей Небесной, Королевой Ангелов и Святых, Императрицей Вселенной; Святым Михаилом Архангелом; Его Святейшеством Иннокентием III; Одином и Фрейей я открываю канал божественной сверхмощной энергии Вриль...»
Находившиеся внутри символа сделали ровно то же самое. В смысле смиренно и благоговейно повторили за Совершенной.
Которая спокойно и уверенно – и, вместе с тем, благоговейно – продолжала:
«Я приказываю этой энергии осуществить Преображение Адольфа Гитлера и Генриха Гиммлера, создать Национал-Социалистическую Партию Германии, империю Охранных отрядов СС, а также Цивилизацию Третьего Рейха, которые смогут защитить Германию, Европу, Святую Римско-Католическую Церковь, христианскую цивилизацию и всю человеческую цивилизацию от уничтожения большевистскими ордами. А наш мир – спасти от превращения в самый настоящий Ад на Земле»
Весьма далёкие от политики женщины почти ничего не поняли, но снова покорно, смиренно и благоговейно повторили:
«Я приказываю энергии Вриль осуществить Преображение Адольфа Гитлера и Генриха Гиммлера, создать Национал-Социалистическую Партию Германии, империю Охранных отрядов СС, а также Цивилизацию Третьего Рейха, которые смогут защитить Германию, Европу, Святую Римско-Католическую Церковь, христианскую цивилизацию и всю человеческую цивилизацию от уничтожения большевистскими ордами. А наш мир – спасти от превращения в самый настоящий Ад на Земле»
Баронесса глубоко вздохнула и закончила, смиренно перекрестившись:
«Во имя Отца, и Сына, и Святого Духа. Аминь.»
«Во имя Отца, и Сына, и Святого Духа. Аминь.» - эхом повторили за ней женщины. Тоже смиренно и благоговейно перекрестились – и снова взялись за руки. Как и было положено. Все остальные просто повторили и перекрестились.
Буквально через мгновение после того, как женщины снова взялись за руки, под потолком комнаты вспыхнул ослепительно-яркий, слепяще-белый свет. И тут же широким – почти во всю комнату - столбом опустился вниз.
В центре комнаты появилась широкая – размером чуть шире Символа Чёрного Солнца – светящаяся колонна. Тринадцатая колонна. Таким образом, и Баронесса, и Вриль-Дамен оказались внутри этой колонны.
Как только световой столб коснулся пола комнаты, таким же ярко-белым светом вспыхнула каждая из двенадцати солнечных рун, превратившись в сверхмощный источник этого таинственного, иномирного, божественного, исцеляющего Света. А затем таким же – если не ещё более ярким – светом вспыхнули внешний и внутренний круги Die Schwarze Sonne.
Они стояли внутри тринадцатой колонны, наслаждаясь этим божественным светом. Впитывая его в себя. Ощущая, как эта странная, неземная, невероятно мощная и, вместе с тем, приятная и комфортная энергия наполняет тело, разум, душу, сердце...
Они потеряли ощущение времени, поэтому потом так и не смогли даже приблизительно оценить, сколько же времени длилась эта потрясающая, неземная, неотмирная, божественная световая мистерия. Десять минут? Двадцать? Тридцать? Пятьдесят?
Через некоторое время интенсивность света начала постепенно ослабевать. А ещё через некоторое время тринадцатая колонна погасла совсем. Лилит жестом приказала им отпустить руки друг друга.
Затем, видимо, ногой нажала какой-то потайной рычаг внутри символа. Ибо из тела каждой колонны выпали (точнее, аккуратно опустились) внешне очень мягкие и удобные сиденья. Совершенная обвела руками комнату:
«Прошу садиться»
Женщины, разумеется, немедленно повиновались. Лилит решительно объявила:
«Посиделки закончилась. Начинается работа. Ежедневная работа. Жизненно важная работа. Жизненно важная для Германии, Европы, всей западной, христианской цивилизации. Вообще всей человеческой цивилизации...»
Женщины согласно кивнули. Ибо и чувствовали, и, в общем-то, знали, что она права. Абсолютно права.
Баронесса продолжала:
«... Как Вам хорошо известно, энергия Вриль родственна Благодати Божьей. Родственна, но не идентична. По ряду причин...»
Глубоко вздохнула и продолжила:
«Ключевым различием между двумя этими энергиями является, разумеется, их назначение. Функция. Духовная функция, если быть более точным. Если функция Göttliche Gnade в основном целительная – и духовно, и эмоционально, и физически – то функция энергии Вриль защитная. Охранительная. Боевая»
«Поэтому» - спокойно продолжала Лилит, «хотя Вриль поступает в наш грешный и несовершенный мир (который ныне находится под угрозой полного уничтожения) через альтернативный канал (Вальхалла, Вальфрейя и всё такое прочее), её источником на самом деле является Святой Михаил Архангел. Главнокомандующий Вооружёнными Силами Господа Бога – и, следовательно, Церкви Воинствующей...»
Женщины зачарованно молчали, ловя каждое слово Совершенной. Которая всё так же спокойно, размеренно и бесстрастно продолжала:
«Следовательно, вас не должно удивить, что потенциальным каналом Вриль является каждый, абсолютно каждый христианский храм. В первую очередь, разумеется, католический...»
Они согласно кивнули. Баронесса удовлетворённо улыбнулась и продолжила:
«Поэтому, хотя сегодня далеко не Пятидесятница – масштаб всё-таки не совсем тот, да и вы не совсем апостолы, но, тем не менее, в некотором роде Сошествие Святого Духа сегодня имело место. Ибо Вриль – вопреки неоязыческим заблуждениям – есть энергия очень даже родственная этому самому Святому Духу. Сиречь Благодати Божьей...»
Всё это звучало в высшей степени понятно, логично и убедительно. Вот только им до сих пор было решительно непонятно, в чём же, собственно, будет заключаться их работа. Иными словами, что они должны будут делать вместо посиделок.
Прочитав их мысли (она это умела), Лилит ответила на их незаданный вопрос.
«Вы должны использовать полученную вами сегодня энергию Вриль для открытия каналов. На следующих ваших посиделках вы должны будете составить списки католических храмов – и действующих, и даже закрытых – в Германии и других европейских странах. У каждой из вас должен быть свой список – свой фронт работ, так сказать...»
Они согласно кивнули. Лилит продолжила:
«Каждая из вас должна будет войти в храм (разумеется, когда он будет практически пуст), подойти к алтарю и отдать приказ об открытии канала. Ровно теми же словами, которые вы сегодня повторяли за мной. Текст вам выдадут при выходе из виллы. Его нужно будет запомнить, а бумагу сжечь...»
Они словно согласно кивнули.
«Но сначала...»
Лилит сделала загадочно-многозначительную (и в высшей степени театральную) паузу:
«… всем вам необходимо – жизненно необходимо, на самом деле – сделать следующий шаг...»
Сделала ещё одну такую же паузу, глубоко вздохнула и закончила:
«А для этого нужно спуститься в подвал. В крипт…»
И снова они и не подумали сопротивляться (да это было и невозможно – даже самый психологически сильный человек недостаточно силён, чтобы сопротивляться Силе). А смиренно и покорно выполнили приказ Совершенной.
Чтобы спуститься в крипт, женщинам пришлось пройти к противоположной стене помещения и открыть небольшую – в средний рост человека – дверь, которая вела на довольно крутую винтовую лестницу, освещённую факелами (такими же – стилизованными под старину – как и в коридоре).
Спуск был неожиданно долгим – подвал явно был весьма глубоким. Лестница была спроектирована столь же искусно, как и коридор, создавая оптическую иллюзию дороги в бесконечность. Только на этот раз вниз, а не вперёд.
Крипт оказался просторным сводчатым каменным помещением с очень высоким куполообразным потолком. В середине потолка – вполне предсказуемое Die Schwarze Sonne. Окон в крипте, разумеется, не было (подвал всё-таки, да ещё и глубокий). Вместо них вдоль стены крипта были равномерно расположены двенадцать каменных пьедесталов.
На каждом из которых располагалось по газовому факелу. Только, в отличие от подвала, стилизованных не под деревянные палки, а под глиняные горшки. В середине крипта – не Чёрное Солнце (как в комнате «этажом выше»), а круглое углубление (в точности под магическим знаком сверху) глубиной в полметра. Внешне похожее на детский бассейн, только вместо воды в нём царствовала другая стихия – огонь. Небольшой, едва заметный факел.
Вокруг бассейна короткими лучами примерно на уровне пояса располагались двенадцать широких деревянных скамеек, покрытых ярко-алыми простынями. Женщины сами, без приказа, встали каждая у «своей» скамейки.
Завороженно глядя на пламя в центре бассейна. Колдовское, иномирное пламя. Настолько завороженно, что они не заметили, что они в крипте одни – таинственная баронесса осталась наверху.
«Полтора тысячелетия назад...» - исходивший непонятно откуда (из Вечного Огня в центре бассейна?) голос Лилит обволакивал, завораживал, подавлял волю, превращая женщин в покорный инструмент Совершенной, «…христианство спасло человеческую цивилизацию от порабощения и уничтожения силами Зла, а наш мир – от превращения в самый настоящий Ад...»
Это им – ревностным католичкам – было, разумеется, прекрасно известно.
«Но для этого» - спокойно, размеренно и по-прежнему завораживающе продолжала Лилит, «необходимо было открыть максимально широкий и мощный канал Благодати Божьей...»
И это им было прекрасно известно.
«А это» - продолжала Лилит, «было возможно только через боль и страдания...»
Вриль-Дамен полагали, что и об этом им было хорошо известно. Они ошибались. Они – как и практически все католики, получившие религиозное образование либо в католических школах, либо на курсах катехизации, либо изучая официально одобренную Церковью литературу по истории христианства, считали, следуя великому Тертуллиану, что кровь мучеников есть семя Церкви.
Иными словами, что христианство победило лишь благодаря людям-мученикам, отдавшим жизнь за Христа и Церковь и людям-исповедникам, претерпевшим мучения (иногда нечеловеческие), но выжившим.
На самом деле, всё было несколько не так (мягко говоря). Вклад людей-мучеников и людей-исповедников в победу и торжество христианства был хоть и жизненно важен, но совершенно недостаточен (хотя мученической смертью на кресте Иисус Христос действительно открыл «болевой канал» Благодати Божьей).
Ибо если «целевая аудитория» Господа Бога проигнорировала (а она таки проигнорировала) и чудеса, которые совершал Христос, и его самопожертвование на Голгофе, и его воскресение и проповеди накачанных Святым Духом апостолов, то ни боль и страдания исповедников, ни даже самопожертвование мучеников радикально изменить ситуацию не могли никак.
Результат принесли... нет, не самопожертвование метагомов, ибо убить их было невозможно, но их вполне реальные и абсолютно нечеловеческие боль и страдания. Нечеловеческие в том смысле, что ни один человек не смог бы перенести и сотую долю того, через что прошли десятки метагомов.
По сути, они «поставили воскрешение на поток», что в конце концов создало «критическую массу» христиан. Которой, впрочем, оказалось недостаточно для триумфа Церкви по всей Римской империи и её окрестностей. Потребовалось несколько спецопераций в Армении, Грузии и собственно в Риме. Операций, которые осуществил спецназ христианской Церкви (возглавляемый человеком, которого девушки знали под именем графа Вальтера фон Шёнинга).
«Сегодня» - по-прежнему колдовским голосом продолжала Лилит, «человечеству снова угрожают силы Зла. Которые снова стремятся превратить наш мир в самый настоящий Ад. Поэтому нам снова необходим максимально широкий канал спасительных энергий Вриль...»
Многозначительная театральная пауза.
«... который можно открыть только через боль и страдания. Ваши боль и страдания»
О том, что этот алго-ключ сработает только если весь процесс будет проходить под контролем метагомов (и осуществляться люденами), женщинам знать не полагалось.
«Поэтому» - неожиданно металлическим, но по-прежнему колдовским голосом объявила Лилит, «вас сейчас будут пороть. Долго, сильно и очень больно...»
Как ни странно, они восприняли это объявление совершенно спокойно – колдовской голос Лилит полностью блокировал чувство страха. Покорно разделись догола, легли на скамейки, вытянувшись в струнку. Чьи-то сильные и неожиданно заботливые руки привязали каждую женщину к скамье за запястья, лодыжки и талию.
«Глаза держите плотно закрытыми» приказал голос Лилит. «как бы ни было больно – а будет очень больно – не открывайте глаза. Ибо на этот раз свет энергий Вриль будет настолько ярким, что лишит вас и зрения, и рассудка...»
Женщины, разумеется, беспрекословно выполнили приказ. Хотя пороли их действительно очень долго, очень сильно и очень больно. Почти нестерпимо больно. «Почти» потому, что каждая из них стойко выдержала порку. Хотя до сегодняшнего дня ни одну из них никогда не пороли.
Выполнили и поэтому не увидели (и очень хорошо, что не увидели), как под потолком крипта вспыхнул ослепительно-яркий, слепяще-белый свет. И медленно и плавно заполнил собой весь крипт.
Когда порка закончилась, свет постепенно погас. Женщин отвязали, смазали каким-то снадобьем, дали немного отдохнуть, после чего голос Лилит безжалостно приказал: «Подъём»
Женщины покорно выполнили приказ. И следующий, отправивший их обратно в «верхний зал», выполнили столь же покорно. Покорно оделись и покорно выслушали очередные руководящие указания баронессы.
«Свободны. Дверь во двор не заперта. Вернётесь к автобусу – уже старенький, но очень даже на ходу Даймлер СС 1912 года выпуска, который вас развезёт по домам – доставит в целости и сохранности»
И добавила: «Вас будут пороть каждую неделю. С вами свяжутся и объяснят процедуру...»
Они совершенно спокойно выслушали и этот в некотором роде приговор. Не в последнюю очередь потому, что после порки ощущали себя... в некотором роде новорожденными младенцами.
Идеально чистыми, невинными и совершенно безгрешными. Каким бы спорным ни было утверждение «телу страдание – душе очищение», в их оно оказалось верным на сто процентов.
Но ещё большее удивление ожидало их, когда они вернулись домой. Ибо на их коже не осталось ни малейшего следа истязаний. Совсем.
Когда вилла опустела, Лилит мрачно усмехнулась: «Теперь твой выход, подруга. Говорила я Ему, болевой канал откроешь, мало не покажется никому. Не послушал, упёртый, теперь вот мне отдувайся…»
Нажала кнопку внутреннего переговорного устройства и приказала: «Дивайсы в Зал Генералов – пора начинать представление имени сами-знаете-кого…»
